Туда, где на взгляд Павла было очень удобно спрятать оружие.

Сейчас он скажет мне проваливать, а когда я повернусь — вышибет мозги, с горечью подумал Коршунов, видя, как скрытая в складках комбинезона рука напряглась.

— Закрыт? — Павел состроил удивленное лицо.

— Да, — резко произнес стоявший перед ним мужчина. — Так что проваливай.

— Ладно, ладно, — Павел медленно поднял руку и указал мужчине за спину. — А им тоже проваливать?

— Что?

Грэхам буквально пролетел между двумя припаркованными флаерами и врезался в него сбоку. Он не мог похвастаться мощной мускулатурой. Его физическая форма больше подошла бы марафонцу, но и этого было достаточно. Оба тела полетели на пол спутанным клубком.

Их второй противник резко выхватил из комбинезона пистолет. Он почти успел навести оружие на Павла, когда подобный когтю изогнутый клинок уперся своим остриём ему в подбородок.

— Только дернись и я тебе глотку вскрою, милый, — прошептала Сонг ему на ухо. — А теперь без лишних и резких движен...

Её противник понял всё по-своему. Сделал неожиданное и резкое движение рукой и дёрнулся в сторону. Одним ударом он оттолкнул от себя Сонг, а вторым движением почти что ушёл из-под лезвия ножа. Кончик керамбита в руках Сонг оставил порез на его горле, но, к сожалению девушки, не смертельный.

Теперь уже Павлу пришлось бросаться в сторону. Пространство, в котором он стоял ещё мгновение назад прошила короткая очередь из пистолета. Где-то на полу Грэхам боролся со своим противником, не давая тому выхватить оружие и попутно наносил ему удары по лицу, целя в глаза и горло.

Потеряв Павла из виду, мужчина развернулся, надеясь поймать Сонг в прицел, но девушка одним шагом сократила дистанцию. Её левая рука ударила по оружию, отводя его в сторону.

Они попробовали взять их живыми. Но не получилось.

Изогнутое лезвие керамбита полоснуло по запястью, перерезая сухожилия и связки. Пистолет падает из ослабевших пальцев. Ещё два быстрых взмаха и её противник валиться на колени, пытаясь удержать хлещущую из рассечённого крест на крест горла кровь.

Павел подскочил ко всё ещё боровшемуся на полу товарищу и с размаху врезал ботинком тому по голове. А затем ещё раз. Так, чисто для верности.

— Чёрт, я же просил не убивать, — зло прошипел он Сонг. — Мы же понятия не имеем, кто они такие!

— О, да. Ты прав. Надо было дать ему пристрелить меня. Или Грэха. Охренительный план. Просто великолепный.

— Дерьмо...

— Что делаем, — Экр вскочил на ноги, ухватившись за протянутую руку.

Павел кивком головы указал на потерявшего сознание мужчину и поднял лежавший на полу пистолет.

— Сонг, вяжи его. А ты, — Коршунов указал на здоровенный флаер, за которым они следили до этого, — сможешь взломать и перехватить управление.

— Как два пальца.

Сказал, значит сделал. Грэхаму хватило всего пары минут на то, чтобы используя личный, заботливо модифицированный собственными руками, комм, взломать замки и систему безопасности машины и перехватить над ней управление.

Пока он был занят своей работой, Павел вместе с Сонг связали ещё живого мужчину и обыскали оба грузовика. И теперь он был уверен. Они точно не принадлежали ни одной из государственных структур. Внутри были лишь голые грузовые отсеки и больше ничего. Вообще эти машины выглядели так, словно были расходным материалом. Даже регистрационных номеров на тех деталях, где их обычно устанавливал производитель, не было. Павел специально проверил. У него сложилось ощущение, что от них избавились бы так быстро, как только было возможно после выполнения...

Выполнения чего? Отличный вопрос, на который у Коршунова не было ответа.

— Тяжёлый, сволочь, — выругалась Сонг, помогая Павлу затащить лишённое сознания тело в машину.