Этот психологический прием она подсмотрела ещё у своего отца. Когда ты сидишь в кресле вынуждая людей в твоём кабинете стоять, как провинившихся школьников, то заведомо ставишь их в подчиненное положение. Это лишний раз подчёркивает её доминирующий статус. Заставляет людей осознать, кто именно является главным в помещении. И Изабелла никогда не давала своим подчиненным забывать об этом. Поэтому она никогда не позволяет сидеть в своём присутствии тем, кто был ниже её по званию.

Но, даже давящая тишина имеет свои пределы. А Изабелла была слишком раздражена, чтобы и дальше продолжать мариновать стоявших перед её столом людей.

— Куда пропал Блауман! — наконец спросила она, глядя на собравшихся перед ней начальников «подвальных отделов», как она их называла. — С ним нет связи уже почти неделю.

Ответом ей было лишь молчание. Никто из собравшихся не произнёс ни единого слова. Просто потому, что никто из них не знал ответа на заданный вопрос. По крайней мере, так им казалось.

— Хорошо. Свободны, — находившиеся перед ней люди тут же потянулись к выходу. Больше всего это походило на организованную эвакуацию. — Фиш. Останься.

Идущий последним тучный мужчина остановился. Когда за его коллегами закрылась дверь, Уолтер посмотрел на Решар.

— Я так понимаю, адмирал, — осторожно произнёс Уолтер, но Изабелла резко его оборвала.

— Спрошу ещё раз. Где Блауман?

— К сожалению я не знаю этого, мэм, — с извиняющимся видом ответил Фиш и даже развёл руки в стороны. — Боюсь, что командер Блауман не докладывал мне...

— Закрой рот, Уолтер, — перебила его Изабелла. — Если бы я захотела выслушивать это дерьмо, то сама спустилась бы в ваши подвалы. Я задала тебе прямой вопрос и хочу получить на него ответы. Зачем Блауман полетел на Траствейн?

Уолтер подавил желание усмехнутся. Какой смысл был собирать их всех и задавать одни и те же вопросы, если она уже знала большую часть ответов? Причины Фиш не знал, но мысленно сделал предположение, что эта стерва явно не получала в детстве отцовской любви в достаточном количестве.

Он прекрасно знал, что этого никогда бы не случилось.

— И так, спрашиваю снова. Куда пропал Блауман. И не вздумай вешать мне лапшу на уши...

— Вы их нашли? — донесся из динамиков шлема женский голос.

— Да, — подтвердил Гаррет. — Они сейчас в частной высотке. Принадлежит какой-то из верденских ЧВК. Мы заняли позицию и наблюдаем за ними. Приказы?

— Без изменений, — подтвердил голос. — Доктора Линфен взять живой. Это ваша приоритетная задача. Она должна остаться в живых. Всех остальных в расход. Свидетелей не оставлять.

— Принято. Мои техники пролезли на периферию их системы, но уже сейчас я могу сказать, что там вполне хватит народа для того, чтобы сорвать операцию. Предлагаю подождать. Рано или поздно, но они сами вылезут оттуда.

— Действуй на своё усмотрение, Гаррет. Главное — выполни задачу.

— Всё понял. Будет исполнено.

— Проблема с вашим человеком уже решена?

Гаррет бросил взгляд на один из дисплеев, установленных внутри бота. На нём отображались биометрические данные каждого из его людей. Одна из иконок, горевшая до этого желтым цветом, теперь была мертвенно-серой.

— Да, — равнодушно сказал Гаррет. — Это больше не проблема.

— Тогда приступайте.

— Как это вообще произошло?! — Риваль в ужасе смотрел на залитую кровью комнату.

— Откуда мне-то это знать, мать твою! — Симмонс выглядел не менее удивленным, чем сам Блауман. Он стоял в дальней части комнаты рядом со стулом и сидящим на нём телом. Весь покрытый алой жидкостью, сейчас Барт пытался оттереть её с лица какой-то тряпкой.