|
А если бойня начнётся, я вас не смогу бросить и в бой вступит вся эскадра, положив начало войне с Англией. На Ямайке несколько тысяч английских солдат и есть военные корабли, там постоянно происходят восстания рабов и войны с маронами, это тебе не пираты, это настоящая армия! За эти три года в живых из вас остались только самые умелые и возможно мы сможем пустить кровь англичанам и отомстить, но потом нас просто задавят числом! Поэтому, на берег вы ступите только в крайнем случае! — я не отвёл взгляд от глаз взбешённого ирландца. Я наделал уже много глупостей в этой новой жизни, из-за меня или моих решений погибло много людей, но в этот раз я постараюсь не допустить потерь среди преданных мне бойцов — Я вам никогда не врал, и сейчас обещаю, кого можно будет спасти, мы обязательно спасём!
— Мы верим вам господин Виктор, никто для нас не сделал больше чем вы, но если наших близких уже не будет в живых и будет такая возможность, прошу вас дать нам отомстить! — наконец, после долгой паузы выдал Мур — жоховцы всегда платят долги!
— Жоховцы говоришь? Ну что же, были когда-то чапаевцы и буденовцы, и даже махновцы, чем жоховцы хуже? Пусть будет так! Если будет такая возможность, мы отомстим вместе — обреченно кивнул я головой — но, когда и как, я решу сам!
Мур ушёл, а я остался с Гришей как всегда вдвоём после совещания офицеров.
— А чё! Жоховцы звучит! — ржёт Гришка — нам бы ещё форму пошить или какой-то отличительный знак придумать, как у товарища Будённого!
— Иди в баню Гриша. Переживаю я за наших ирландцев, как бы глупостей не натворили. Обещания надо выполнять, но в этом случае я предпочёл бы его вообще не давать! Ты представляешь, что будет, если они рубить англов начнут?! На Ямайке?! — мне было не до шуток — на нас просто охоту объявят!
— Всё нормально будет Витя, Мур разумный мужик, я думаю он сможет своих головорезов в узде удержать. На всякий случай разбавим их казаками и греками — посерьёзнел Гриша — только я боюсь, что Том прав, нет там уже никого в живых скорее всего. Всё никак не могу привыкнуть, что мы в почти первобытном обществе, где люди товар и с рабами можно делать всё что угодно.
— Да, это верно — согласился я — жуткое время и мы становимся точно такими же, как и местные аборигены. Мне всё проще и проще становится отдавать приказы о казнях и телесных наказаниях братишка. В зверя превращаюсь.
— С волками жить по волчьи выть Витя! — запротестовал Григорий — ты всё правильно делаешь! Если расслабимся, нас сожрут! Уж лучше пусть боятся!
— Может ты и прав… — вздохнул я — но не по себе мне как-то. Ладно! Хорош трендеть! Иди готовься к отплытию!
— Есть! — четко ответил Гриша, а уже возле выхода развернулся и подмигнув мне добавил — а я придумал насчёт знака! Пошьём тельники братишка, форменки, гюйсы и бескозырки с лентами введём! Я сам этим займусь!
Сказать я ничего не успел, дверь за Гришей закрылась. Ну вот нахрена ткань и деньги тратить? А, впрочем, и хрен с ним! Пусть будет! И правда — нас мало, но мы в тельняшках! Единая форма как в армии и военном флоте сблизит людей, покажет в бою кто свой, а кто тут зря воздух портит, да и красиво же черт возьми! Мы серьёзная организация и можем себе позволить обеспечить коллектив спецодеждой! У нас полно женщин, которые сидят без дела, и все они умеют шить (время сейчас такое, без этого ни как). Будет им чем заняться на берегу и во время морских переходов, вместо того, чтобы устраивать склоки и компостировать мозги своим ухажерам и мужьям.
Для парусного корабля идеальная погода — это в меру сильный и устойчивый ветер. |