– Это графер, которого вы убили, – ответил Уорна. – Нам было нужно тело, а он валялся прямо под ногами. Сходство невелико, но кто может знать, как вы на самом выглядите?

– Их это обманет?

Люциус Уорна, кажущийся неуклюжим в своем помятом доспехе и покрытый плотной сеткой шрамов, кивнул:

– Я сделал все так, чтобы он полностью соответствовал вашему генетическому коду, отпечаткам ладоней и сетчатке. Они не увидят разницы.

– Тут и песенке конец? – спросил Молох у гигантского охотника за головами.

– Тут ей и конец, – улыбнулся Уорна.

– Подобная переделка отпечатков и генное кодирование стоят немало, – произнесла Лейла Слейд.

– Они стоят ровно столько, сколько стоят, – парировал Орфео Куллин. – Все готовы? Зигмунд, вы знаете свою роль?

– Знаю, Орфео. Честно. Считайте это компенсацией допущенной мной ошибки.

– Договорились. Так и сделаем. Но Бэллак...

– Оставьте Бэллака мне, – ответил Молох.

На сетке ауспекса Лейлы Слейд зажглись тревожные руны.

– Дверь четыре и дверь семь! – прошипела она. – Вот и они!

Одним плавным движением она вскочила с пола, где сидела по-турецки, и выхватила отточенный меч. Люциус Уорна закинул на плечо боевой молот.

Молох подошел к ним:

– Могу я попросить об одолжении? Касается вас обоих, Люциус и Лейла. Вы позволите мне все сделать самому?

– Вам понадобится наша помощь! – прорычал Уорна.

– Нет, не понадобится. А даже если и потребуется, то вы ведь будете неподалеку?

Уорна пожал плечами, и тектоническая волна прошла по его энергетической броне.

– Позвольте мне все сделать самому, – настаивал Молох. – Я хочу насладиться происходящим.

– Пусть поступает как знает, – сказал Куллин.

Лейла Слейд усмехнулась и протянула свой меч Молоху.

– Это мне не понадобится, – ответил он, разворачиваясь и исчезая в тени.

Генераторное здание было очень большим, с высокой крышей и рядом узких окон под самым свесом. Основную его часть заполняли ряды генераторных модулей, пульсирующих в полумраке. Свечение было фиолетовым, тусклым. Команда Фенкса вошла внутрь, тихо переговариваясь и рассыпаясь по проходам между гудящих модулей, скользя от одной тени до другой.

Последним вошел Таркос Ментатор, шаркая и опираясь на трость. Он оставлял всю серьезную работу и насилие остальным. В его задачу входило только подавать советы.

– Неудачное место для боя, – прошептал кто-то возле самого его уха.

– Согласен, – не задумываясь, поддакнул Ментатор, а затем насторожился.

Он неожиданно испугался. Кто-то шел прямо позади него. Только тень, только силуэт за его плечом.

– Мне это напомнило о третьем акте «Пурлингерии». Хоровой реквием, – продолжил голос. – Как это там было? «Финал избрать мужчина должен и упокоенья место, что приличествовать будет его душе». Мне это кажется восхитительным.

– Ах, я вижу, вы знаете Страдгала? – робко ответил Ментатор.

– Прекрасно знаю, – откликнулся голос. – Вы ведь любите оперу?

– Люблю.

– Вот и я тоже. Страдгал. Жевойт. Карнати, кроме последних его жутких работ.

– О да, они ужасны, верно? – согласился Ментатор, едва не задыхаясь от страха.

– Вы боитесь меня? – прошептал голос возле него.

– Да, да, боюсь, – ответил Ментатор, – очень.

– И вам хочется закричать остальным, что я здесь?

– Д-да.

– Но вы не можете собраться с мужеством, чтобы возвысить голос?

– Н-нет.

– Значит, вы знаете, кто я?

– М.