– Потому что и тебе надо уважать ведущего, – назидательно произнёс Пёс. – Короче, смотри, неверующий.

Напарник всех гостей этого дома на дереве встал из-за стола. Развернулся и подошёл к единственной сплошной стене. Пол, потолок и три стены были собраны из жердей, лиан, веточных плетёнок, жгутов сухих листьев и травяных снопов, но четвёртая ни щелей, ни просветов не имела. Морщинистая, чуть выпуклая «глухая» поверхность. Кора. Фрагмент ствола гигантской сосны, к которой и прилепился схрон, основанием опирающийся на две почти горизонтальные, близко расположенные, толстые боковые ветви.

Пёс соприкоснулся и подключился…

Для наблюдателей это выглядело так – он раскинул руки крестом, уткнулся в стену лицом, прижался к ней всем телом…

Тот разговор, который начался с момента подключения, нормальному человеческому уху не услышать, глазу не увидеть, осязанию не уловить, нюху не ухватить. Не распознать даже сверхвосприятием, далеко отошедшим от параметров нормального.

Но когда Пёс отключился и развернулся к напарникам, светлея взглядом, из которого утекала мутная пелена отрешённости, Орёл проворчал:

– Силён, однако, от твоего крика у меня внутренний слух… м-м… позакладывало.

Так, одним высказыванием первый наставник напомнил, что уровень их силы выше, чем у напарников. И это без вариантов означало, что вся ответственность за успех предстоящей схватки с абнормальностью, чем бы она ни оказалась, ложится на них двоих. Мастера – они двое, остальные – подмастерья. Их неоценимая роль – прикрывать спины ведущим, но атаковать не им придётся… В том же, что он и его ведомый не останутся в стороне от назревающего «месилова», Пёс не сомневался ни в малейшей степени. С первой секунды этой столь ожидаемой и столь внезапной встречи. Как увидел учителя, так и понял – началось!!! На то и лучший ученик, ему по умолчанию положено схватывать на лету. А теперь наставник подтвердил, что без проблем способен воспринимать энергетические каналы, которые используются наследником Изначальных, и впечатлён мощью обретённого соратника.

Бывший ученик подумал, что рано или поздно придётся-таки рассказать первому учителю, какого уровня мог бы достичь, но вернулся. У какой двери побывал и не открыл её. Старший напарник единственный в этом не лучшем из миров, с кем можно поделиться таким воспоминанием…

– Когда я хочу заслать открытку лесавкам, и не только, в общем, движущимся созданиям, – присаживаясь обратно за стол, проговорил он вслух специально для Реверса и Удава, – мне помогают большие и малые… э-э-э… неподвижные приятели. Ближайшая к нам лесавка скоро будет здесь. Так что соображайте по-быстрому, о чём спрашивать, намечайте. Подготовьтесь, не тормозите, она и так сделает мне одолжение и снизойдёт к нашему замедленному темпу бытия.

– Тормозить не получится в любом случае, скоро опять Захват, – пробормотал Реверс. – Что-то Трот зачастил вытряхивать из нас души…

– Да это понятно, чуем все, – сказал Пёс, – но пока что деваться некуда, надо принимать как данность, как… э-э… обычное явление абнормальной природы, как бы каламбуристо это ни прозвучало.

– Наш общий друг пытается избежать провозглашения вслух невесёлой очевидности, что новая волна перемен уже вздымается над нашими многострадальными головушками, – прямо высказался Орёл; резким движением руки сцапал протеиновый батончик и добавил: – И давайте-ка выпьем сосуд до дна, ознаменовав окончание всего, что было раньше, а затем уберём всё со стола в знак того, что мы готовы перевернуть лист и начать с чистой страницы записывать очередную главу хроник… Главное, чтобы летопись не оборвалась.