Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +

На застывшую эльфийку поглядывали с жадным любопытством, уходили чуть ли не на цыпочках.
Когда за последним закрылась неслышно дверь, я сказал весело:
– Ну что? Не съели?
Она с трудом перевела дух, но с самым независимым видом пожала узкими плечиками:
– Подумаешь! Это потому, что я твоя гостья, а тебя все боятся. А так бы палками забили.
– Рыцари, – сказал я, – отнесутся дружелюбно. И вся знать. Потому на всякий случай сперва держись их общества. И вообще их круга, это

защита. А потом и простой народ смирится…
Она в нерешительности смотрела на блюда с жареным гусем, кусками оленины, на коричневые комочки запеченных в тесте мелких птичек.
Я сказал ободряюще:
– Тебе не обязательно есть все! Можешь выбрать…
Она пробормотала:
– Да тут все… несъедобное…
– Ошибаешься, – сказал я. – Ты что, собираешься все время сидеть в плаще? Или ты под ним голая?.. Сними и повесь во-о-он туда! На тот рог,

что возле гобелена с охотой…
Она сняла плащ и послушно отправилась вешать на указанный олений рог, а я торопливо сотворил несколько ломтей сыра разных сортов, кусок

сотового меда и мороженое шариками в вазочке.
Больше не успел, она зацепила плащ, по-женски хозяйственно расправила складки и пошла обратно. Ее глаза разом стали еще громаднее и

вытаращеннее.
– А этого, – прошептала она в испуге, – я не заметила…
– Женщины такие невнимательные, – сказал я обидчиво. – Мы для вас, как рыбы о дерево… Начни с сыра. В нем нет крови. А потом это вот

кругленькое.
Она подсела за стол, я видел, как оглядывает блюда и вазы с фруктами, в глазах любопытство, у эльфов почти все есть, но мелкое, дикое, а

здесь окультуренное, отобранное даже не за века, за тысячелетия. Дикие яблоки, к примеру, у них размером с грецкий орех, а вот эти, что на

столе, можно брать в обе ладони.
Сыр она лопала с аппетитом, восторгалась нежнейшим вкусом, а когда очередь дошла до мороженого, вообще пришла в восторг, завизжала, как

мелкая зверушка:
– Что это?.. Я никогда такого не пробовала!
– Даже королева Синтифаэль не едала, – сказал я гордо, – не едывала.
– А ты откуда знаешь?
– Можешь спросить.
– А ты чего это не ешь? – поинтересовалась она. – ЖЫвотное, как ты можешь вот так пожирать мясо?..
– Могу, – заверил я. – С аппетитом. Я пожиратель, предатор! А ты, как разведчица в мире людей, должна бы научиться тоже.
– Да ни за что, – промычала она с набитым ртом.
– Страшно?
– Мы – эльфы, благородный и высокорожденный народ!
– Это где ж высоко, – спросил я, – на дереве? Так пора слезть и быть к людям поближе. У нас много чего есть. Как мороженое?
– Вот эти шарики? Они сами тают во рту!
– Лопай-лопай, – сказал я заботливо, – только не простудись с непривычки. Вы тут, дикари, и снега, наверное, не видели…
За окном уже темно, в небе ярко горит одинокая звезда, Изаэль покосилась в ту сторону и чуточку отодвинулась вместе со стулом, уходя из-под

строгого взгляда колючего глаза. Крыши домов и построек тускло блестят в лунном свете, воздух тих и неподвижен, как и этот призрачный свет,

который так любят эльфы. Или не эльфы, а феи…
Заканчивая с мороженым, она тревожно покосилась огромными пугливыми глазами на мою постель. В ее взгляде я прочел мучительное колебание.

Мне показалось, что сердечко ее стучит учащенно, даже дыхание, как у маленького олененка, что в страхе бежит и бежит через темный лес,

потеряв маму.
Быстрый переход
Мы в Instagram