– Ричи, мы выезжаем через час, чтобы добраться туда заранее.

– Тогда пойду подбирать костюм… – Ричард направился на выход из столовой, но остановился и обернулся назад. – Кстати, насчёт одежды. Пап, мне нужно обновить гардероб, а то пиджаки стали тесны в плечах.

– Скажи об этом Джону.

– Так и сделаю.

В долгой поездке нет ничего интересного, если только не путешествуешь в качестве туриста по новым местам. Для Ричарда время в пути прошло быстро, поскольку он подготовился, прихватив с собой парочку книг.

Присутствие мальчика понадобилось только при торжественном разрезании ленточки перед новым зданием, дальше перед журналистами в компании ректора отдувался Джеральд.

Здание предназначалось под научно-исследовательские лаборатории новых технических факультетов. Туда пока завезли лишь часть оборудования. Ректор демонстрировал журналистам и герцогу Вестминстерскому огромный аппарат.

– Это гордость нашего университета – электронный микроскоп, который позволит проводить исследования мельчайших частиц.

Краем уха скучающий Ричард уловил слова руководителя университета и прислушался внимательней.

– Уже сто сорок лет ученые всего мира бьются над проблемой исследования микрочастиц углерода. Этот микроскоп поможет нам в исследованиях.

"Хм… Микрочастицы углерода? – подумал Ричард. – Уж не графен ли имеет в виду ректор? Дай бог памяти, был ли в это время изобретен способ получения графена? Хм… Судя по словам ректора, нет".

Ричард вспомнил, как в прошлой жизни на уроках физики классе в шестом или седьмом им выдали задание получить частицы графена самым простым способом, который был изобретён… в начале двадцать первого века!

"Точно нет! – подумал Ричард. – А почему бы мне не стать первооткрывателем?".

Мальчик протиснулся мимо журналистов к письменному столу. Взял оттуда скотч и карандаш.

Сев на стул, Ричи отмотал немного клейкой ленты, сделал на ней точку карандашом, после чего стал склеивать клейкие части скотча между собой каждый раз в разных местах.

Джеральд с возмущением покосился на сына и предупреждающе приподнял брови. На его языке это означало: "Сын, не позорь нас! Мы же аристократы, а ты ведешь себя как обычный ребёнок".

Ричи в ответ ухмыльнулся и сделал пальцами знак, мол, я знаю, что делаю.

В ответ на это мальчик получил от отца суровый взор, который не обещал ничего хорошего после завершения официальных мероприятий.

Со стороны занятие Ричарда выглядело как баловство. Он уже довольно долго занимался склеиванием половинок скотча, который приобрел слегка мутноватый серый оттенок. Подобное действие не осталась без внимания журналистов. Акулы пера прекрасно осознавали, кем является мальчик.

Дама с ярко-рыжими волосами в кричащем алом платье кивнула оператору, показав микрофоном в сторону Ричи. В тот же миг оператор перевёл камеру на мальчика, а журналистка отделилась от толпы коллег и подошла к юному Гросвенору.

– Простите, юный Лорд, – елейным голосом сказала она, – можно поинтересоваться, чем вы заняты?

Ричард улыбнулся на камеру, стараясь не демонстрировать зубов, поскольку один из них отсутствовал. Он прекратил свое занятие и пояснил:

– Конечно, мэм. Я только что услышал, что ученые испытывают проблемы с получением графена. Поэтому решил им помочь. Вот, – показал он на кусочек скотча, – создаю графеновые чешуйки простейшим способом.

Рядом с журналисткой внезапно объявился грузный пожилой мужчина в коричневом шерстяном костюме. Его седые волосы были беспорядочно растрёпаны. Пронзительные голубые глаза с живым любопытством прикипели к Ричарду. Он оттолкнул журналистку, занял её место и произнес:

– Молодой человек, я не ослышался? Вы только что сказали, что пытаетесь получить графен?

– Уже получил, сэр, – потряс клейкой лентой Ричард.