– Что, сынок? – вновь спросила Нарцисса у плачущего сына.

– Они нас побили!

Люциус был зол. Он спросил:

– А как же ваши палочки? Вас было четверо, их трое. Неужто никто не догадался использовать волшебство?

– Пап, мы просто не успели… Эти гады… Они двигались настолько быстро, что мы не успевали за ними уследить. Они выхватили у нас волшебные палочки, после чего побили, словно какие-то маглы!

– Дракусик, – Нарцисса в порыве чувств обняла сына и прижала его к себе, – как же так? Разве их не наказали учителя?

– За это нет, – всхлипнул Драко. – Они так нас побили, что было очень больно, но не осталось ни одного следа. Мы даже не смогли доказать, что драка была. А потом…

У мальчика началась сильная истерика. Он стал размазывать по щекам слезы. Мать пыталась успокоить сына.

Люциус Малфой от ярости сжимал кулаки. Он со злостью прошипел:

– И это мой сын? Плачешь, как девка! Сам нарвался на драку и после этого посмел проиграть… Драко, ты позоришь нашу фамилию!

– Ну па-а-а-п…

– Что, "ну пап"? – окинул ребенка высокомерным взором Люциус. – Этим летом тебе предстоят тренировки. Я найму лучших волшебников-дуэлянтов, чтобы ты мог вызвать соперника на волшебную дуэль и победить его, а не позорно проиграть от магловских тумаков.

– Но… – растирая слёзы по щекам, протянул Драко. – Эти трое вообще обнаглели! Рон, Гарри и Ричи… Они украли мою сову и проводили над ней жестокие эксперименты. А потом натравили сову на меня, и она меня обгадила с головы до ног. Да так, что мантию пришлось выбросить.

– Это было до или после драки? – сухо поинтересовался Люциус.

– После.

– М-м-м… Понятно, – протянул мужчина.

– Люциус, они обижают нашего сына! – заявила Нарцисса. – Сделай что-нибудь.

– Хорошо, я попробую… – из груди Люциуса вырвался тяжелый вздох. – Но к Поттеру и Гросвенору сложно будет подобраться… Особенно к последнему. Если мальчишка способен потратить наш семилетний доход на полную ерунду…

– Пап, но он же грязнокровка! – воскликнул Драко.

– Эм… – на лицо Люциуса выползла кривая улыбка, которой он попытался скрыть смущение. – Драко, надеюсь тебе хватит ума не говорить об этом на людях.

– Но почему?

– Сынок, понимаешь, – Люциус на мгновение прикрыл глаза, собираясь с мыслями, – может, Гросвенор и грязнокровка, но он безумно богат и к тому же граф и наследник герцога. Кроме того на него работает множество британских волшебников. Так что он может смело заявить, что как минимум является полукровкой, и все ему безоговорочно поверят. А того, кто в этом усомнится, как минимум могут проклясть. Боюсь, после стольких проклятий нам тебя будет невозможно откачать.

* * *

Люциус Малфой сидел в плетеном ротанговом кресле и беспробудно пил Огденский виски. Вид из резной беседки, расположенной в саду, совершенно не радовал взор барона. Его раздражали кусты и деревья, бесили белые павлины, которыми он гордился. Люциуса бесило абсолютно всё.

К супругу подошла Нарцисса Малфой. Тяжело вздохнув, она спросила:

– Пьёшь?

– Пью.

– Дорогой, не расстраивайся. Ну не смог ты выиграть эту гонку за кресло министра, попробуешь ещё раз.

– Не получится, – мотнул головой в стороны Люциус. – Нет, Нарси, ты представляешь, Багнолд набрала аж восемьдесят три из ста тридцати семи процентов голосов!

– Разве такое возможно?! – брови Нарциссы от изумления взлетели вверх.