Старушка сидела в старинном кресле с тонкими подлокотниками возле камина, в котором горел огонь. На ней было надето тёмно-бордовое платье по моде века восемнадцатого: пышная юбка, дутые короткие рукава, закрытое по горло и длиной до пят.

– Доброе утро, наставница, – склонился в приветственном поклоне Ричард. – Очаровательное платье, вам идет.

– Ох, льстец!

Губы старушки разъехались в стороны в подобии улыбки, продемонстрировав ровный ряд белоснежных зубов. У Ричарда сразу появилась мысль о том, что с зубами у волшебников проблем нет. Либо они используют качественные протезы, либо владеют каким-то секретом, который позволяет в возрасте старше двухсот лет сохранить все свои зубы в целости. И судя по всему, последнее более верно.

– Нынче молодёжь пошла не та, что прежде, – ворчливо произнесла старушка. – Вот сразу видно хорошо воспитанного мальчика. Ты будешь чай, Ричард?

– Спасибо, мэм, но я только что после завтрака.

– Что же, хорошо. Присаживайся.

Ричард занял указанное кресло напротив старушки. Мадам Марчбэнкс спросила:

– Что ты знаешь о магии?

– Ничего, мэм.

– Как я и думала! – констатировала мадам Марчбэнкс. – Запомни, мальчик, магия вездесущая и с помощью неё можно сделать, что угодно. Если кто-то говорит, что что-то нельзя сделать с помощью волшебства, то он глубоко заблуждается или намеренно вводит в заблуждение и наверняка даже не пытался искать других путей, ведь магия ещё и многогранна. Ты знаешь про Гарри Поттера?

Ричард не стал говорить всей правды, он поведал официальную точку зрения:

– Мэм, мне знакомо это имя. Я занимаюсь благотворительной помощью детям-сиротам и среди моих подопечных есть мальчик с именем Гарри Поттер. У него ещё на лбу шрам в виде молнии и плохое зрение, из-за которого он вынужден носить очки.

– Ох! Бедняга! – без наигранности воскликнула мадам Марчбэнкс. – Я и забыла, что ты, будто маглорожденный, ничего не знаешь. Этот мальчик точно тот самый Гарри Поттер. Любопытно, где ты мог его видеть?

– Гарри проживает со своими опекунами, кажется, с сестрой матери и ее мужем.

– Да-да, вполне логично, – заметила старушка. – А то весь мир гадал, куда же подевался Гарри Поттер.

– Так к чему вы это, мэм?

– Хм… Ах, да! Гарри известен тем, что выжил после смертельного заклинания Авада Кедавра, которым ты так сильно напугал нас с Милли. Вот прямо никто до этого не мог пережить это заклятие, а Гарри сумел. Это я к тому, что пусть все твердят и будут уверены, что выжить после Авады невозможно, но Гарри же остался живой, хоть и отделался шрамом. Бедный мальчик! Я думаю, что его родители придумали ритуал, с помощью которого смогли защитить ребенка. Жаль, что они не успели поделиться с остальными волшебниками своим достижением.

– В общем, магия может всё. Так, мэм?

– Именно, мальчик! Именно так! Уж поверь женщине, повидавшей многое. Ты, наверное, хочешь сразу выучить сильные заклинания?

– Полагаюсь на ваш опыт, наставница, – вежливо ответил Ричард.

– Знаю я вас, мальчишек, – ворчливо произнесла старушка, – вечно вам хочется чего-то этакого… Чтобы бахнуло, полыхнуло. А ещё вы, сорванцы, любите вместо уроков полетать на метле!

– Не могу согласиться, мэм. Я люблю учиться.

Ричарду вообще оказалось сложно представить возможность полета на метле. Обладая богатой фантазией, он чуть ли не физически почувствовал, как древко метлы впивается в колокольчики. От такой яркой картины бубенцы сжались. Если бы они умели говорить, то прокричали бы тонким голоском: "Хозяин, ну его нафиг такие развлечения! Мы тебе ещё пригодимся".