— Бывают гости, чей приход — визит, а бывают и такие, чей приход — наказание Господне, миссис докторша, дорогая, — сказала однажды Сюзан, позволяя сделать вывод, что кузина София относится ко вторым.

У кузины Софии было длинное, бледное, морщинистое лицо; длинный, тонкий нос; длинный, тонкий рот и очень длинные, худые, бледные руки, обычно покорно сложенные на коленях, где они особенно выделялись на фоне черного ситцевого платья. Все в ней казалось длинным, худым и бледным. Она со скорбным видом взглянула на Риллу и спросила:

— Это твои собственные волосы?

— Разумеется! — с негодованием воскликнула Рилла.

— А! — Кузина София вздохнула. — Возможно, было бы лучше для тебя, если бы их было поменьше! Рост таких густых волос ослабляет человека. Это, как я слышала, признак предрасположенности к чахотке. Да и танцев я никогда не одобряла. Я когда-то знала девушку, которая упала замертво во время танца. Не могу постигнуть, как это кто-то может танцевать после подобной кары Божьей.

— А что, она снова танцевала после этого? — дерзко спросила Рилла.

— Я же сказала тебе, что она упала замертво. Разумеется, она уже никогда больше не танцевала, бедняжка. Она была из лоубриджских Керков. Ты же не пойдешь прямо так, с голой шеей, правда?

— Сегодня жаркий вечер! — запротестовала Рилла. — Но я накину шарф, когда мы сядем в лодки.

— Я знала компанию молодых людей, которые вышли под парусом в эту гавань сорок лет назад, в такую ночь, как эта… точно такую ночь, — сказала кузина София мрачно, — и лодка опрокинулась, и все они утонули… все до одного. Надеюсь, ничего подобного не случится с вами сегодня. Ты когда-нибудь пыталась избавиться от веснушек? Мне раньше очень помогал сок подорожника.

— Да, уж ты-то, София, должна быть настоящим экспертом по части веснушек, заметила Сюзан, решительно выступая на подмогу Рилле. — Кожа у тебя в юности была пятнистее, чем у любой жабы. У Риллы веснушки появляются только летом, но твои сидели на физиономии и летом, и зимой; да и таким цветом лица, как у Риллы, ты похвастаться не могла. Ты выглядишь очень хорошо, Рилла, и новая прическа тебе очень к лицу. Но ты ведь не собираешься идти пешком до самой гавани в этих туфельках, правда?

— Конечно нет! Мы все пойдем в наших старых ботинках, а бальные туфли понесем с собой. Вам нравится мое платье, Сюзан?

— Оно напоминает мне платье, которое я носила, когда была девушкой, — вздохнула кузина София, прежде чем Сюзан успела ответить. — Оно тоже было зеленое, вышитое розовыми букетиками и все в оборках от талии до подола. Мы не носили таких куцых платьев, какие носят девушки теперь. Ах, времена изменились и, боюсь, не к лучшему. Я прорвала большую дырку в полотнище юбки в тот вечер, а кто-то облил меня всю чаем. Платье было совершенно испорчено. Но надеюсь, ничего такого не случится сегодня с твоим платьем. Думаю, его следовало бы сделать чуточку подлиннее… у тебя ужасно длинные и тощие ноги.

— Миссис Блайт против того, чтобы маленькие девочки одевались, как взрослые, — сказала Сюзан высокомерно.

Она хотела просто осадить кузину Софию, но Рилла почувствовала себя обиженной. Маленькая девочка! Надо же такое сказать! Она вылетела из кухни, возмущенная до глубины души. Но ее настроение улучшилось, когда она оказалась в веселой толпе, направляющейся на мыс Четырех Ветров.