В восемь часов утра мы с Анной покинули дом в сопровождении Робина, грузного детины, одного из лакеев лорда Уинтердейла. Утро казалось почти таким же, как за городом, на природе. В лазурном небе — ни облачка, воздух свеж и прозрачен, как это бывает ранней весной.

Мы вышли туда, где кончается Оксфорд-стрит и начинается парк. Нам повстречался щегольской экипаж, который стремительно несся по Парк-лейн. Мы остановились, ожидая, пока он проедет, чтобы перейти улицу, но экипаж лихо затормозил прямо перед нами. Дверца кареты, на которой был изображен неизвестный мне герб, отворилась и оттуда выскочил человек, преграждая нам путь.

— Мисс Ньюбери, — удивленно воскликнул он, вскинув светлые брови. — Что вы здесь делаете в столь ранний час? Позвольте, я буду вас сопровождать.

Сердце мое заколотилось как бешеное, когда я встретила холодный взгляд бесцветных глаз лорда Марша.

— Нет, благодарю вас, милорд. Вы очень добры, но мы с сестрой решили просто погулять по парку.

Я сделала попытку обойти его, но он продолжал стоять у нас на пути.

— Это ваша сестра? — спросил он, разглядывая Анну. — Я и не знал, что у вас есть сестра, мисс Ньюбери.

Анна с детской доверчивостью подняла на него глаза. Она выглядела сейчас такой наивной, такой беззащитной в лучах утреннего солнца, что страх сжал мое сердце.

Из досье отца я знала, что отношение графа к маленьким детям было ужасным. Меньше всего на свете я бы хотела, чтобы он узнал о существовании Анны.

— А вы тоже любите гулять по утрам, сэр? — вежливо спросила Анна, как ее учила Нэнни разговаривать со взрослыми.

— Я уже гулял и теперь еду домой, дорогая моя. Припозднился в «Бруксе», знаете ли.

Анна повернулась ко мне с круглыми от удивления глазами.

— Он гулял всю ночь, Джорджи, — сказала она. — Ты только подумай!

Граф не спускал с Анны глаз, а мне никак не удавалось увести ее. Я заметила, как он окинул взглядом ее хорошенькую золотистую головку, правильный овал лица. От него не укрылась и детская грация, сквозившая в каждом ее движении.

— Мы должны идти, милорд, — твердо сказала я. — Будьте любезны, дайте нам пройти.

— Так вы не желаете, чтобы я проводил вас до дому?

— Не желаю, — отрезала я.

Анна, встревоженная моим сердитым тоном, взяла меня за руку и придвинулась ко мне поближе. Марш заметил это и продолжал:

— Сомневаюсь, что ваш опекун позволяет вам гулять одним.

Я ничего на это не ответила.

Лорд Марш почесал светловолосую голову и заметил:

— Впрочем, ему, вероятно, ничего не известно.

— Всего хорошего, лорд Марш, сказала я. Он улыбнулся мне своей зловещей улыбкой.

— Счастливо оставаться, мисс Ньюбери, — сказал он мне и отвесил церемонный поклон Анне. — Всего хорошего и вам, моя дорогая. Приятно было познакомиться с такой прелестной девушкой.

Анна, не выпуская моей руки, робко улыбнулась ему. Она чувствовала, что лорд Марш мне не нравится.

Марш поднялся в экипаж, приказал кучеру трогать, и карета укатила. Я с облегчением перевела дух, взволнованная неожиданной встречей.

— Ты не любишь этого человека, Джорджи? — спросила Анна, когда мы входили в парк.

— Они с лордом Уинтердейлом не очень-то хорошо ладят, — осторожно ответила я. — Лучше нам с тобой держаться от него подальше.

— А почему они не ладят друг с другом? — продолжала Анна.