Мне искренне жаль ту женщину, которая его полюбит.

Это были мои собственные слова, мысленно произнесенные на самом первом балу, когда я наблюдала, как легко он очаровал всех дам.

Мне тогда и в голову не могло прийти, что вскоре я стану той самой женщиной, которую готова была пожалеть.

И теперь он смотрел на меня, дерзко вскинув черные брови, которые разлетались от переносицы к вискам, словно крылья, и я в первый раз осознала, как мне нравится смотреть на него, как я скучаю, когда его нет рядом, как восхищаюсь его умом, как…

— Вы что, влюблены в лорда Генри? — раздраженно спросил лорд Уинтердейл хриплым от нетерпения голосом.

«Держи себя в руках, Джорджи», — приказала я себе и, расправив плечи, словно солдат на смотру, ответила:

— Нет, милорд, не влюблена. Просто мне всегда казалось, что его характер лучше всего подходит Анне. Однако мистер Стэнхоуп готов предоставить ей кров, и поэтому я приму его предложение.

Говоря так, я готова была заплакать.

— Вы уверены, что не предпочитаете Борроу? — спросил лорд Уинтердейл. — По-моему, его доход гораздо больше, чем у Стэнхоупа.

— Я уже говорила, что не охочусь за толстым кошельком, — резко возразила я. — Мистер Стэнхоуп очень приятный джентльмен. Уверена, я освоюсь с положением его супруги. Когда-нибудь.

Лорд Уинтердейл переменил позу и скрестил руки на груди — мне показалось, он старается успокоить внутреннее волнение.

— Все еще жалеете, что не вышли замуж за этого вашего Фрэнка?

Я удивленно захлопала ресницами. Потом покачала головой.

— Я всегда понимала, что этот союз невозможен, милорд. Не стоит сожалеть о том, чему никогда не суждено сбыться.

Он улыбнулся мне улыбкой, полной скрытой горечи и боли.

— Я понимаю вас, мисс Ньюбери, — промолвил он. — Очень хорошо понимаю.

***

Леди Уинтердейл пришла в ярость, когда узнала, что мистер Стэнхоуп сделал мне предложение. В течение всего ленча она дулась на Кэтрин за то, что та не предпринимала достаточно усилий на балах, которые мы обе посещали.

— Ты должна вести себя живее, раскованнее, Кэтрин, — наставляла она дочь. — Посмотри на Джорджиану. Ей нечего предложить джентльменам, кроме любезной улыбки, и, однако же, она уже получила предложение руки и сердца. — Она бросила злобный взгляд в мою сторону. — Правда, мистер Стэнхоуп не такая уж замечательная партия, Джорджиана. Состояние его невелико. Однако для тебя это совсем неплохой куш.

— Он очень милый человек, — промолвила я безо всякого энтузиазма.

Кэтрин, которая в последнее время научилась игнорировать замечания своей матушки, пристально взглянула на меня поверх очков.

— Джорджи, ты говоришь это как-то невесело. Ты не любишь его?

Я вяло ковыряла вилкой холодный ростбиф.

— Он приятный джентльмен, Кэтрин, — сказала я. — Уверена, мы прекрасно поладим.

Кэтрин озабоченно посмотрела на меня — по-видимому, мои слова ее не убедили.

А вот леди Уинтердейл наградила меня одобрительной улыбкой.

— Очень разумное суждение, Джорджиана, — сказала она. — Все эти браки по любви хороши для низших классов, но когда девушка из приличной семьи выходит замуж, ей надо иметь трезвую голову и холодное сердце. Уверяю тебя, любая порядочная девушка ни за что не согласится, что с милым рай и в шалаше.

— Да, мэм, — безразлично поддакнула я и отставила тарелку с почти нетронутым ростбифом. У меня пропал аппетит.

***

Мистер Стэнхоуп появился ровно в два часа дня.