Я потрясенно молчала. Парень из другой коридорной группы просил меня пойти с ним в прошлом году, но я ему отказала. Учитывая странность моей реакции на Форжа, я чувствовала, что лучше всего остановиться на Праздничных вечеринках для младших возрастов и одиночек, где все танцуют сами по себе или участвуют в общих танцах с лентами.

Согласие пойти с кем-то на Праздник вело к серьезным обязательствам. Оно означало, что вы проведете вместе три дня и продолжите отношения дальше.

Сперва я занялась более мелкой побочной проблемой.

— Откуда ты узнал, что моя семья высокого уровня? Я взяла только основные вещи, разрешенные правилами равенства, и никогда не упоминала, откуда мои родители.

Он рассмеялся.

— Прибыв на подростковый уровень, я ясно понял, кто пришел из верхней части улья. Тебя шокировала простота комнат, и ты называла блюда и напитки, которых не было у нас на восьмидесятом.

Вспомнился разговор с мужчиной из киоска в парке девяносто третьего уровня.

— Что-то вроде дынного сока? — виновато спросила я.

Аттикус кивнул.

— Мне хватило минутного взгляда на роскошные предметы в инфовизоре, чтобы выяснить уровень ваших родителей. Родители Шанны относились к элите. Ты была второй по положению среди девочек — твои родители принадлежали, минимум, к тридцатому уровню. Форж занимал самое высокое положение среди мальчиков — его родители жили, по крайней мере, на двадцатом.

— Ты забыл о Рисе, — заметила я. — Его родители — элита.

Аттикус засмеялся.

— Рис все время твердит, что его родители — элита, но это неправда.

Я моргнула.

— Рис лгал об этом?

— Да. Рис в первый же день не понял что-то из сказанного Шанной. Он думал, она говорит о фрукте, а это оказался вид пирога. Шанна еще так на него зыркнула. Родители Риса, самое большее, на сороковом уровне.

Аттикус выжидательно посмотрел на меня. Он ждал, чтобы я приняла решение об участии вместе с ним в Празднике. Базз считала, свидания с кем-нибудь могут мне помочь, и это казалось разумным. Форж — парень моей лучшей подруги, и мы вместе ходим на тренировки по плаванию. Я провела с ним гораздо больше времени, чем с любым другим мальчиком, и естественно, сосредоточилась на нем.

Я постаралась выкинуть из головы мысли о Форже. Важно не то, что я чувствовала к нему, а мое отношение к Аттикусу. Мне определенно нравилась его спокойная серьезная натура, и я считала Аттикуса очень умным. Он вечно проигрывал битву со своими мятежными каштановыми волосами и не обладал яркой красотой или мускулистым телом Форжа, но казался мне привлекательным.

Если я приму Аттикуса в качестве партнера на Празднике, то мы отправимся на вечеринки для старших подростков, состоящих в отношениях, где приняты вещи, вроде поцелуев. Идея поцеловать Форжа меня изрядно смущала, а вот представить удовольствие от поцелуев Аттикуса я могла.

— Ты явно не поняла, что я имел в виду, когда просил тебя стать моей партнершей на Праздник, — сказал Аттикус. — Тебе лучше подумать и дать мне ответ завтра.

— Мне не нужно время на размышления. Я с радостью пойду с тобой на Праздник.

— Тебя точно не волнует межуровневое различие?

— Это различие существует между нашими родителями, а не между нами. Все подростки равны и относятся к пятидесятому уровню.

— Замечательно, — радостно улыбнулся мне Аттикус.