Алессандра с усилием отвела взор от его подбородка, где белизна накрахмаленного воротничка сорочки и галстука так удачно подчеркивала тени на его лице.

— Прошу прощения за то, что заставил вас так долго ждать, мадам. — Клерк быстрыми шагами направился к ним из другого конца магазина, но изумленно замер, увидев, что Алессандра и Джек как-то неуклюже сидят на корточках на полу. — М-м-м… Вам нужна моя помощь?

— Да, спасибо. — Маркиза поспешно поднялась и расправила юбки, надеясь, что не растеряла в пыли остатки собственного достоинства. — У меня есть список вещей, которые я должна у вас купить.

Джек тоже встал и отряхнул брюки.

— Каждая встреча с вами надолго остается у меня в памяти, — произнес он с подчеркнутой вежливостью. Заметив на полу корзину для покупок, принадлежавшую Алессандре, он поднял ее. — Всего вам доброго, леди… — начал было Джек, но тут же замолчал, увидев в корзине кубик сухой акварельной краски. — Вы специально выбрали именно эту краску?

— Я… Дело в том, что… — К ужасу Алессандры, она почувствовала, что снова краснеет. — Я решила, что самая дорогая краска должна быть и самой лучшей.

— Да нет, не обязательно, — заметил Джек. — Для начинающего лучший выбор — это краски Ньютона.

— Почему? — поинтересовалась маркиза.

— Потому что они более яркие и матовые, а именно эти качества красок необходимы тем, кто только начинает брать уроки рисования. А в более дорогих пигментах используют редкие ингредиенты, что позволяет добиться при смешивании множества оттенков, — объяснил Джек. — Поэтому нет необходимости попусту тратить деньги.

Джек внимательно осмотрел содержимое ее корзины.

— Эти угольные палочки слишком мягкие для ребенка. — Он заменил их на другую коробку. — Более твердые легче удержать в руке. А вот альбомы для набросков лучше выберите те, что производит Ватман: у него самая гладкая и прочная бумага.

— Большое вам спасибо, — прошептала Алессандра.

— Не стоит благодарности. — Чуть понизив голос, Джек добавил: — Я так шокирован вашими словами благодарности, что, того и гляди, снова упаду на свою culo.

Дьявол! Он стремится пробудить в ней самое худшее! Джек передал корзину продавцу.

— Леди Джаматти покупает все необходимое для своей дочери, Дженкинс, — сказал он. — Помоги ей выбрать те принадлежности для рисования, которые подойдут восьмилетней девочке. — С этими словами он насмешливо отсалютовал ей и вышел из магазина.

— Да, сэр, разумеется, — поспешил заверить его клерк, когда дверь за Джеком стала закрываться.

Только сейчас Алессандра впервые задумалась о том, что, собственно, Джек делал в магазине. Без сомнения, он знаком с продавцом и знает, чем тут торгуют.

— Этот джентльмен — ваш постоянный клиент? — спросила она.

— Да, мадам.

Не поднимая головы, Дженкинс пошел по проходу, добавляя в корзину кисточки и коробку цветных карандашей.

— А зачем он приходит?

— Как это зачем? — удивился Дженкинс. — Ну как же… Он покупает краски и кисточки, мадам. И разумеется, бумагу.

— Он что, художник?

Почему-то Алессандра не могла себе представить лорда Джеймса Джекхарта Пирсона, живущего в студии на чердаке и рисующего натюрморты с мертвыми фазанами и вазами с фруктами.

— Не знаю, — пожал плечами продавец. — Я никогда не спрашивал его об этом.