— Ты ее простила, Мэг?

Она поняла, кого он имеет в виду.

— Н… не думаю… Нет… Еще нет.

Он притянул ее к себе, положил подбородок ей на макушку.

— Знаю, что должна это сделать рано или поздно.

— Не знаю, что и сказать. Она ведь, наверно, не ведет дневников.

Весь в отца, думала Мэг. Такой же прямой. Когда человеку надо помочь — лечит правдой.

— Может быть, напишешь об этом книгу, а, Мэг?

— Может быть. — Она даже не удивилась, что он угадал ее намерение: иногда ей казалось, что они могут угадывать и мысли друг друга.

Они замолчали; так хорошо было сидеть рядом и молчать…

Утром, когда Мэг хорошо выспалась и отдохнула, Дэниел устроил ей нечто вроде экскурсии по ранчо и показал трех своих арабских скакунов. Она мысленно восхитилась умными, грациозными животными. Их дикий, необузданный нрав (теперь несколько укрощенный), умные, влажные глаза привели ее в восторг. Две черно-белые козы рассмешили своими озорными прыжками; курам она бросила корм.

Потом отправились купаться; пруд был собственностью Дэниела. Солнце, хотя и стояло в зените, светило ласково. Мэг сбросила одежду.

— Хорошо, что Джо и Брэтта нет поблизости, а то стащили бы мои вещички.

— Они что — говорили тебе об этом?

— Ты, я смотрю, совсем не знаешь семейных секретов, — озорно поддразнила она, вскинув брови, и с визгом бросилась в воду.

Даже в такой жаркий день вода в пруду была так холодна, что у Мэг перехватило дыхание. Дэниел, бросившийся в воду вслед за ней, схватил ее за талию и нырнул, увлекая и ее под воду.

— У-уф! — фыркнула она, когда они вынырнули на поверхность. — Так нечестно!

— Честно, честно! — Он поцеловал ее.

— Я думала, холодная вода оказывает на мужчин успокаивающее действие.

— Когда ты рядом — нет.

Она весело рассмеялась и принялась брызгать в него водой, еще и еще… Наконец он схватил ее за руку и вытащил на берег, где заранее расстелил шерстяное одеяло.

— Ты маленькая язычница, — определил он.

— Ты так думаешь? — Мэг растянулась на одеяле, подставляя тело солнцу и теплому ветерку и прислонившись к Дэниелу. Просто лежала, касаясь его боком, и думала теперь о том, что будет дальше.

— Слушай-ка! — вдруг задиристо проговорила она. — Мы с тобой… в кровати; в амбаре; под душем; на полу. — И метнула в него шаловливо-проказливый взгляд. — А у пруда?

— Нет проблем. Я — великий импровизатор!

Она засмеялась.

— А на крыльце?

— День только начинается, Синеглазка.

Они смеялись и болтали. Ели завтрак, который вместе готовили на кухне. Хантер приехал с ними в багажнике и сейчас выпрашивал лакомые куски. Когда завтрак был съеден, Мэг опять растянулась на одеяле, чувствуя на себе упорный взгляд Дэниела.

— Мэг… — тихо произнес он.

Она молча смотрела в его ставшие тревожными темно-серые глаза.

— Мэг, не уезжай до конца недели! Останься!

— Хорошо, Дэниел.

Она обрадовалась, что он попросил ее остаться: сама хотела заговорить об этом, но как-то неудобно было. Она не уезжала бы никуда до конца своей жизни, если б он попросил. Но что-то удерживает его. Она чувствовала, что это, почти знала.

— Хорошо, — пообещала она еще раз и обняла его за шею.

Глава десятая

«Останься»… Что означает это слово? В среду утром Мэг размышляла об этом, колдуя над тестом для шоколадного торта.