|
Непонятно, почему незнакомец плывет именно сюда, ведь тут не было ни его одежды, ни скамейки с полотенцем. Незнакомца никто не ждал. Никколо замер на месте и начал наблюдать за происходящим. Мужчина совершал широкие равномерные гребки, видимо, он был отличным пловцом. После затяжных дождей вода в озере наверняка была холодной, но мужчину это нисколько не смущало. Добравшись до мелководья, он сделал еще пару гребков и, поднявшись на ноги, побежал к берегу. Капли стекали по его телу — кроме белых штанов, на нем ничего не было. Темные волосы мокрыми прядями ниспадали на высокий лоб. Взгляд его огромных глаз на мгновение остановился на Никколо. Отжав волосы, незнакомец отбросил их со лба. Он был среднего роста, очень стройный, с прямой осанкой, длинными ногами и красивой шеей.
Пловец вновь оглянулся, словно ожидая, что в любой момент кто-то выйдет из тумана. Но этого не произошло, и он обратился к Никколо. — Простите, это Коппе? — Он говорил с акцентом. По-прежнему ошарашенный происходящим, итальянец кивнул и смог лишь слабо выдавить: — Да. Незнакомец покачал головой. Его густые волосы уже начали курчавиться, и Никколо заметил залысины на его высоком лбу. Видимо, этот джентльмен был лишь на пару лет старше Вивиани. Он задумчиво приложил два пальца к губам. В этом тумане, наполовину обнаженный и только что покинувший воды озера, он напоминал героя древних преданий. — Ну где же он? — произнес он на английском, обращаясь скорее к самому себе, чем к Никколо. Повинуясь порыву, Вивиани снял пальто. — Может быть, я могу вам помочь? Погода холодная, и вы можете замерзнуть. Юноша мысленно поблагодарил старого мистера Друри за скучные, но, очевидно, небезуспешные уроки английского. Хотя Никколо уже два года не практиковался на английском, слова сами собой слетели с его губ. — Благодарю, — по-английски ответил незнакомец и направился к Вивиани. При этом Никколо заметил, что он слегка прихрамывал на правую ногу. Вероятно, последствия старого ранения. Кроме того, юноша отметил, что они приблизительно одинакового роста и одинаково сложены. Перехватив взгляд Никколо, англичанин прищурился, и юноша смущенно отвернулся. Ему не хотелось показаться невежливым. Улыбнувшись, незнакомец благодарно закутался в пальто. — Боюсь, в последнее время я приобретаю плохую привычку пользоваться чужой верхней одеждой, — сказал он. Никколо не понял, что он имеет в виду. — Вы не предприняли никаких мер для того, чтобы найти свою одежду? — Я послал своего слугу из Эрманса, чтобы он привез мне вещи, но, видимо, мы с ним разминулись. Да, ему ехать было дальше… Но я дал ему фору. — Вы что, переплыли озеро? — Никколо опешил. Лукаво улыбнувшись, незнакомец подмигнул ему. Вблизи было видно, что англичанин все-таки замерз: все его тело покрылось «гусиной кожей», а руки дрожали. — Да, но это подвигом не назовешь. Несколько лет назад я переплыл Дарданеллы из Сестоса в Абидос. Тогда я чувствовал себя настоящим Леандром в поисках Геро. А сегодня я сам себе кажусь мокрым пуделем… Да еще и замерзшим к тому же! В глазах незнакомца заплясали веселые искорки, и это было настолько заразительно, что Никколо, несмотря на странную ситуацию, не смог сдержать смеха. Его собеседник был полон очарования. Туман и холодный воздух уже не имели никакого значения, и хотя Никколо мерз без пальто, он думал только о том, что ему кажется, будто он знаком с этим юношей уже давным-давно, и сейчас они просто остановились поболтать во время прогулки у озера. — А у вас тоже была свеча, которая указывала бы вам путь? — светским тоном осведомился он. — Как я вижу, мне повстречался весьма умный и образованный человек, — кивнул англичанин. |
