— Мужчина и женщина. Содержание стоит на моем мониторе, если тебе это интересно.

— Давай. Слушаю.

— Как скажешь… Значит, так. Сперва короткий обмен приветствиями, это неинтересно. Дальше существенно. Она: «Дело сорвалось. Парень оказался куда проворнее, чем я ожидала». Он: «Где ты?» Она: «Не в городе. Ты ж понимаешь. Я и так рискую». Он: «И все-таки где?» — Отар откашлялся. — Тут, Паша, следует драматическая пауза. Далее опять она: «Где, Где?! В…» — Отар осекся на полуслове. — Местопребывание свое мадам определила инфернальным названием женского полового органа. Ну, ты ж понимаешь… Далее она же: «Аркаша, у тебя что, совсем крыша съехала?» Он: «Ах да, понял, понял. Извини». Она: «В общем, друг мой, дело дрянь. Так что сиди в своей берлоге тише воды ниже травы. Жди субботы». Он: «А что будет в субботу?» Она: «Чартер в Анталию». Он: «В Анталию? Туда же ездят одни жлобы и нищие… Мы что с тобой, нищие?» Опять пауза, потом снова она: «Аркаша, скажи мне честно, ты совсем идиот или как? Анталия — это битком набитые чартеры каждый день. Это толпы туристов в аэропорту. Визу турки тебе шлепнут в паспорт на месте. Разумеется, ни в какой отель на побережье мы не поедем. Возьмем в порту тачку и двинем в Стамбул. А оттуда— куда надо». Он: «Ладно, ладно, понял, успокойся. Так что наш парень?» Она: «Он вряд ли в курсе дела. Что же касается людей, которые его могли просветить, то они уже далеко».

Я сумрачно кивнул: да, далеко. И желтоголовый Боря, и Дима Мальков уже отбыли на моем челне к тем берегам, откуда не возвращаются.

— Ты слушаешь? — спросил Отар.

— Да. Извини.

— Он: «Мы все в этом деле вычистили? Никаких хвостов?» Она: «В общем, да. Есть, правда, одна волоокая матерщинница с большой грудью… Вряд ли она сможет свести концы с концами. Но чем черт не шутит… Она, судя по всему, опытная баба, из тех, кто задницей чует, если что не так. Тем более что, насколько я знаю, ребята Астахова к ней наведывались. Чем дело кончилось, я не в курсе, но вопросы они ей задавали… Так или иначе, ее тоже придется отослать куда подальше. Король об этом позаботится. Уже сегодня». Он после долгой паузы: «Ключ у тебя?» Она: «Нет… То есть я не ношу на груди в чашечке бюстгальтера, если ты это имел в виду». Он: «Кончайте такими вещами не шутят». Она: «Успокойся. Он там, где и положено сюжетом этой сказки про кукольных детей»… Паша, ты меня слушаешь? Это все. Точнее сказать, почти все.

— Спасибо. Но ты сказал — почти…

Отар некоторое время молчал, мягко дыша в трубку, и мне показалось, что в этот момент на губах его зреет улыбка.

— Хочешь, подскажу тебе, где находится половой орган этой мадам?

Какое-то время я пытался постичь смысл невидимой мне, но отчетливо прозвучавшей в его голосе ухмылки, и наконец до меня дошло.

— Е-мое, что, и это возможно?

— Ну, у меня возможности не такие, конечно, как у ребят из большого серого дома на Лубянской площади… Те запросто могут вычислить местоположение абонента с точностью до нескольких десятков метров… Что же касается нашей клиентки, то она говорила откуда-то с северо-запада. Это километров пятьдесят от Москвы. Я, конечно, понимаю, адресок тот еще… Но точней я сказать не могу. Во всяком случае, хотя бы название деревни или дачного поселка ты установить сможешь. Пиши координаты.

Я машинально записал, не понимая, понадобится ли мне эта информация.

— Все, Отар, отбой.