Агапа осознала, что набросилась на еду слишком жадно. И всё же её продолжали мучать угрызения совести.

— Адепт, если ты не сочтёшь мою просьбу навязчивой, не мог бы ты остаться?

— Остаться? Я думал избавить тебя от своего присутствия на время еды.

— Твоё присутствие никак мне не мешает. Признаю, что по человеческим меркам ты уродлив, но ведь ты не человек, и в любом случае, мои стандарты совсем не такие. Не уверена, что смогу здесь есть, поэтому мне может потребоваться дальнейшая помощь с твоей стороны.

— Еда безвредна, — озадаченно нахмурился Труль. — Её доставили вампиры…

— Не сомневаюсь в этом. Просто мой обычный способ поглощения пищи может здесь не сработать, и я не уверена, что могу питаться по-человечески.

— С тобой становится всё более интересно, — заметил адепт. — Попробуй, и если твоя попытка не увенчается успехом, я предложу иной способ.

Агапа последовала его совету. Наклонившись над куском хлеба, она попробовала видоизменить лицо. Ничего не произошло.

Труль взял стул и сел напротив неё.

— Как именно ты поглощаешь пищу в своём истинном облике?

Агапа описала процесс.

— Но тебе известно, как вкушают яства люди?

— Я наблюдала за ними, да, — признала она.

— Ты пребываешь в человеческом теле, не просто в обличье, — напомнил гостеприимный хозяин дома. — Делай, как я. Шаг за шагом.

Он взял ломоть хлеба и поднёс к лицу. Агапа проделала то же самое. Он открыл рот, обнажая зубы, и впился ими в хлебную мякоть. Укусила хлеб и девушка. Он оторвал зубами кусок и закрыл рот. Она подражала ему. Сомкнув губы, Труль принялся совершать жевательные движения челюстями. Она тоже. Наконец, он проглотил пищу, и Агапа сымитировала это последнее действие настолько хорошо, насколько могла. Увлажнённый хлебный комок скользнул внутри её шеи в нижнюю половину тела.

— Вот и всё, — сообщил адепт. — Твоё тело позаботится об остальном. Продолжай есть. — Он откусил ещё кусочек от своего ломтя.

— Ты хочешь сказать… это так просто? — Открытие поразило её. — Мне даже не нужно таять и сливаться с пищей?

— Верно, — кивнул он. — Пищеварительный процесс, начиная с сего момента, проходит внутри твоего тела.

— Я… я думала, это будет похоже на то, как питается в механическом теле Бэйн. Он способен есть, но не переваривать, поэтому открывает панель и достаёт оттуда пищу, пока она не испортилась.

— Какой удивительный голем! — улыбнулся Труль. — Нет, твоё нынешнее тело действует иным образом. — Затем он наклонил голову, куда пришла новая мысль: — Как насчёт опыта с избавлением от остатков пищи?

— Только моим собственным способом, который тоже отличается от людского.

— Я не вправе обучать тебя подобным вещам. Пусть сим займётся Сачеван, когда вернётся для твоей практики в переменах обличья.

Агапа практиковалась в еде, приканчивая ломоть хлеба, а затем — и большую грушу. Сок струился по её подбородку; новое испытание! Однако постепенно она научилась откусывать от сочного плода более аккуратно и эффективно. Ей удалось даже осушить кубок виноградового сока без того, чтобы пролить его на собственную грудь.

Наконец, ощутив приятную наполненность желудка, девушка остановилась. Улёгшись на предоставленную адептом постель, она погрузилась в сон.

Днём прибыла Сачеван. Труль кратко обрисовал ей новое задание, и вампирша сопроводила Агапу в небольшой сарайчик, вонявший навозом.

— Присаживайся над сим отверстием и позволь остаткам пищи выйти из тебя, — подсказала она.