— Как?

Сачеван покачала головой.

— Ты точно не проделывала сего ранее?

— И даже не видела, как это делают другие, — покаялась Агапа. — Человеческие существа предпочитают скрывать подробности испражнений, а Бэйн в теле робота и вовсе в них не нуждался. Он показал мне секс, но не остальные физиологические процессы.

— Показал тебе секс, — повторила Сачеван. — Верно, мне он его тоже показывал; мужчины обожают им заниматься.

— Бэйн показал тебе секс?

— Мы были молоды и любопытны. У него не было подруги среди людей, и он заигрывал с нами, животными. С тех пор мы и стали друзьями. Флета, Фурраменин, я… разумеется, мы не рассказывали об этом взрослым.

— Он заигрывал и со мной, — припомнила Агапа. — В мире Протона. Но почему он не женился на одной из вас?

Девушка рассмеялась.

— Чтобы сын адепта женился на животном? Да никогда! Нет, игры остались играми, и они давно в прошлом.

— Он говорил тебе о любви? — спросила Агапа, внезапно ощутившая непонятную слабость и холодок.

— Нет, конечно же, нет! Бэйн никогда не обманывал девушек; из его уст звучала лишь истина. — Она искоса взглянула на Агапу. — А тебе?

— Да.

— Так же, как Флете признался в любви Маш! — Сачеван неверяще покачала головой. — Он трижды произнёс «люблю», и я была там, и всё видела. Воздух, обрыв, и сам мир вокруг на мгновение всколыхнулись от магических волн. И она… — Девушка вздохнула. — Завидую вам обеим.

Агапа припомнила, как смотрел на вампиршу Красный Адепт.

— Адепты не женятся на тех, кто не является людьми?

— Никогда! С чего бы, если они и так могут иметь всё, чего только пожелают? Они вообще редко женятся, и только на человеческих женщинах, как Голубой.

— Прости, если я скажу нечто неприличное, но ты бы вышла замуж за адепта, если бы он предложил?

Сачеван пожала плечами.

— Чисто теоретически любое животное не отказалось бы от предложения адепта или хотя бы достойного мужчины. Я вышла бы за Бэйна, однако он даже не задумывался о подобном исходе. Так же, как и другие адепты.

— А как насчёт адепта-нечеловека?

— Ты имеешь в виду Труля? Он давно уже не ведёт себя, как настоящий тролль, и он всегда был добр к моему роду. Любая из нас согласилась бы даже на обычную игру с ним.

— Даже ты, прекраснейшее из созданий?

— Верно, особенно я! Красивые мужчины быстро утомили меня. Я бы вполне удовлетворилась его силой и благородством. Но он не заинтересован. — Она взглянула на Агапу. — Мы отклонились от темы. Я должна научить тебя испражняться.

И впрямь. Агапа уже начала испытывать определённый дискомфорт, но не могла облегчиться в своей обычной манере.

— Это как кушать?

— Не совсем. Вот, позволь показать тебе. Дай мне встать над дырой.

Агапа отодвинулась, и Сачеван заняла её место. Приподняв подол своего одеяния, она обнажила ягодицы.

— Отсюда выходит всё плотное, а снизу — жидкости.

— О… С обеих сторон.

— Верно. Для удобства они расположены рядом.

— Теперь понимаю; я видела анатомические иллюстрации и даже симулировала их во время нахождения на Протоне, но думала, что эти отверстия относятся лишь к процессу размножения. Надо было сопоставить очевидное.

— Нелегко поначалу привыкнуть к новому обичью, — кивнула Сачеван. — Прокувыркавшись всё детство в воздухе, я долго мучилась, когда впервые превратилась в человека… Вот здесь обычно всё тесно сжато, но над ямой тебе следует расслабиться.