Я понятия не имел, какой этикет от меня здесь ожидался, поэтому следовал примеру Джеймса. Мы частично пересекли комнату, и поклонились. Позже я узнаю, что в более формальной обстановке от нас ожидалось встать на колено, но здесь дозволялся обычный поклон — для дворянства, по крайней мере.

— Вы звали нас, ваше величество? — спросил Джеймс, и я не мог уловить невнятности в его голосе. Я надеялся, что мне удастся её скрыть так же хорошо.

Король посмотрел на нас. Он был мужчиной постарше, лет шестидесяти как минимум, лысеющий и с сединой. Выглядел он здоровым, ибо, несмотря на свой возраст, казался энергичным и подтянутым. С бумаг на нас поднялся острый взгляд его серых глаз.

— Джеймс, старый пёс! Давай, садись, это же не формальный визит, — указал он жестом руки на пару кресел неподалёку от своего собственного.

— Благодарю, ваше величество, — сказал Джеймс, садясь. Я направился сесть на соседнее кресло.

— Молодой человек, я что, позволял вам садиться в моём присутствии! — сказал Эдвард резким тоном, от которого у меня пробежал холодок по спине.

— Э… мои извинения, ваше величество! — вскочил я так, будто кресло подо мной загорелось. Я не был уверен, следовало ли мне снова поклониться, или просто стоять. Я взглядом попросил у Джеймса помощи.

Король Эдвард внезапно расхохотался. Это был хороший смех, и что бы так его ни рассмешило, оно заставило его почти упасть с кресла.

— Никогда от этого не устаю! — воскликнул он. Моё замешательство лишь усилилось. — Давай-давай, юный Иллэниэл, пожалуйста, садись! Я просто решил повеселиться за твой счёт. Ты же простишь старику его маленькие развлечения, а? — осведомился он. Туман рассеялся, и я осознал, что я стал объектом шутки. Я покраснел от стыда, и сел.

— Благодарю, ваше величество, — выдавил я. Доверять себе произносить ещё какие-то слова я не стал. Шутка не казалась мне особо смешной, особенно учитывая то, что я не мог не отреагировать именно так. Это своё наблюдение я оставил при себе.

— Давно мы не болтали, Джеймс, — сказал Эдвард, уже забыв про меня.

— Да, ваше величество, я давно не был в Албамарле, — ответил он.

— Просто Эдвард, пожалуйста, я ведь уже говорил тебе, что в приватной обстановке ты можешь быть со мной по-свойски, — сказал ему король.

— Я помню, но я предпочитаю получить напоминание, пока не стал жертвой одной из твоих шуток, Эдвард, — одарил его широкой улыбкой Джеймс, и они оба снова засмеялись. Уверен, что они оба считали себя ужасно забавными.

— Так что заставило тебя пить в такую рань, друг мой? — спросил Эдвард.

— Мой чёртов сын решил присоединиться к духовенству Вечерней Звезды.

— А! Мне следовало вспомнить об этом. Ты только услышал, я так понимаю? — спросил Эдвард, и, судя по его лицу, за этим стояла какая-то история.

— Пока только это и услышал. А что, с ним что-то случилось?

— Судя по всему, твой мальчик стал святым. На прошлой неделе он исцелил человека, которого пырнули ножом. С тех пор люди толпами тащат своих больных в храм Миллисэнт. Священники говорят, что его избрала сама Леди Вечерней Звезды.

— Вздор! У Маркуса благочестия не больше, чем у оленя в гон! Он приехал в город, чтобы найти жену, и с тех пор я слышал, что он только и делал, что присовывал каждой доступной леди в городе! Единственное моё утешение — это то, что он не пошёл по шлюхам.