|
Вспомнились и эти пляжные девичьи пикники. Семейные праздники, так мы это называли. In loco arentis: годами я думала, что это было некоей формой безумия, порожденной тем, что слишком много времени проведено возле родителей. Не удивительно, что я предпочла работу. Но есть вещи, которые никогда не забываются, особенно между сестрами. На том конце провода Кэт продолжала что‑то настойчиво говорить.
– Что?..
– Я спрашиваю, с тобой ничего не случилось? Куда ты провалилась? И голос у тебя какой‑то…
– Да нет, Кэтти, со мной все обстоит чудесно. Просто много работы. Я вернусь через несколько дней.
– Отлично. Послушай, прости, но я не могу больше говорить, тут Бенджамин хнычет, да и Эми пора купать, а Колин все еще не заявился…
– Да ладно, все нормально. Тем более, что мы говорим за твой счет. Как только вернусь, сразу же позвоню.
– Хорошо. Ой, постой‑ка! Тут Эми хочет с тобой поболтать…
Я нажала на рычаг, еще успев услышать в трубке жизнерадостные вопли племянницы. Именно из‑за таких постоянных просьб поболтать с несмышленышем, я и не сообщала никогда Кэт номера своего телефона. Впрочем, мне тотчас захотелось перезвонить ей, но это было бы уж полным абсурдом. Она только расстроится, если поймет, что дело не в том, что я положила трубку, не дослушав ее, а в том, что я просто не захотела поболтать с ее малышкой. Но главное, что ей теперь известно, где я нахожусь, что и было единственной причиной моего звонка. А Фрэнку можно позвонить и позже, домой.
Бинтовая лестница уходила в темноту. Я поднялась к себе, прилегла на постель и подумала, что хорошо бы поужинать. Но на меня сразу же навалился сон, что и понятно, слишком много адреналина выплеснулось в кровь за день. Я не стала сопротивляться блаженству сна, тем более, что поесть можно и позже. Спущусь с верхотуры своего провинциального пансиона и зайду в небольшой, но приятный местный ресторанчик. Даже если Бельмон всерьез настроен разыскать меня, он определенно не рискнет привлекать к себе внимание, совершая рейды по местным бистро и ресторанчикам. Сладко вздремнув, я проснулась и взглянула на часы, – восемь вечера. Уж и не помню, как заснула опять.
Разбудил меня стук в дверь. Почтенная леди на удивление сильно колотила в нее. Я вскочила с постели прежде, чем проснулся мой мозг. Кто‑то звонил мне. Мужчина. Сказал, что это важно. Ну хорошо, мужчина звонит мне в полдевятого вечера. Какого же черта устраивать такой переполох? Поскольку выбора у меня не было, я спустилась к телефону и, недолго думая, взяла трубку. Быстро же старику удалось меня выследить. Окончательно проснувшись, я собралась с силами.
– Ханна! Это вы?
Черт! Как он нашел меня? Среди всех пансионов всех городов?.. Дьявольщина! Но я сразу узнала его.
– Это Дэвид Меркот. Вспомнили?
– С трудом. Но как вы нашли меня? Он рассмеялся.
– О, тут целая история. Клерк вашего отеля в Париже сказал, что вы вчера спрашивали, как добраться до Руасси. Я и подумал: не прорываетесь ли вы в особняк Бельмона? В таком случае вы двинули в сторону Вилльметри. А ближайший городок там Санлис. Остальное выяснить было легко. Хотя, должен признаться, не ожидал, что такая женщина, как вы, остановится не в гостинице, а в дешевеньком пансионе.
– Все имеет свое объяснение. Просто до этого я допустила некоторый перерасход, потратившись на еду, выпивку и такси, так что приходится на чем‑то и экономить.
Что‑то заставило его задуматься. Неужели мой краткий монолог? Но вот наконец он заговорил снова:
– Я тут кое‑что разузнал для вас. Так что, думаю, вам имеет смысл со мной встретиться. Это касается семейства Бельмона.
– В самом деле? – отозвалась я, но без особого энтузиазма.
– В самом деле. Это касается той девушки, которую они наняли на работу в прошлом году. |