Виктора оторвало от пола. В его черных глазах, прежде нечитаемых теперь отчетливо виднелся дикий ужас. Он понимал, что его ждет, что ему уготовано. Но смерти он никогда не боялся – его мучал лишь один вопрос.

– Что хранилось в капсулах? Предки? Какие они? Скажи! Ответь!

– Предки целиком все недавнее время находились пред твоими глазами, но и скрыты были от них одновременно. А хочет ли Виктор узнать, как это вышло? – шипя, после небольшой паузы проговорил Гавриил.

– Да! – моментально с дикой жадностью в голосе, не раздумывая ответил Виктор. – Да! Хочу! – лихорадочно повторял он, застыв в воздухе.

Но ответом послужила лишь смутная, хитрющая улыбка, и Гавриил демонстративно потряс рукой, сотрясая воздух. Виктор прекрасно понял, что пытался донести до него Гавриил этим жестом: Бессмертный дергавший человечество за веревочки несчетное количество времени сам в мгновение ока стал марионеткой.

– Этого ты не узнаешь, – ответил Гавриил уже свойственным ему голосом. – Последние часы своей жизни ты проведешь в темноте, мучаясь этим вопросом, с ним и умрешь.

– Убьете меня и никогда не вернетесь к остальным, – пригрозил Виктор. – Без моего контроля этот мир погрузится в хаос. Погубит сам себя!

– Переживем, – игриво улыбнувшись, ответил вновь появившийся шипящий голос.

Театральности ради, а может и для наглядности Гавриил разжал кулак и сильно растопырил пальцы. Глаза Виктора широко раскрылись и мгновение после, он заорал, но не от боли, а от отчаяния и тело его, с необъяснимой легкостью, поделилось на шесть отдельных друг от друга частей: голову, две руки, ноги и туловище. Так оно и было брошено.

ГЛАВА 17

Катерина с несравненной своей грацией стояла на черной, зеркальной платформе. Облаченная в свой фиктримаго она казалась совершенно нагой и беспрецедентная красота ее, сейчас, заботливо обнятая необъятной Вселенной, величественно расстелившей свои бескрайние просторы под ее ногами, многократно усилилась. Она хранила блаженное молчание, а лицо ее, не скрывая торжества, выражало неописуемую радость возвращения домой, и мысли об этом чудесном возвращении затмили собой все остальное. Куда не посмотри – все казалось таким родным, даже гигантская планета I-класса. Перенасыщенная ресурсом, она находилась за сотни тысяч километров от Катерины, но выглядела так, будто бы вытянув руку, ее можно коснуться, можно погладить этот фиолетовый шар. Неизвестная планета таяла, рассыпалась огнями на глазах у Катерины, словно не устояла перед ней и ее красотой, и если бы планеты были живыми, наверняка так бы и случилось, но сейчас, планету разрушало не великолепие Катерины, ее разрушал Велигранный – корабль Бессмертных класса Жатвенник. Такие корабли жадно бороздят бесконечный космос в поисках планет богатыми запасами ресурсов и опустошают, не оставляя ничего. Велигранный тянул и вбирал в себя ресурсы из гигантской планеты, они туманным свечением безропотно тянулись к кораблю. Катерина не могла заставить себя перестать наслаждаться этим ни с чем несравнимым зрелищем.

Как вдруг, она услышала знакомые голос, голос Виктора. Он доносился откуда-то издалека, приглушенно, но Катерина без труда установила источник и направилась к нему. Ей пришлось покинуть прозрачную комнату обсерватории корабля и спустя секунды, будто из ниоткуда, ее окружили черные, поблескивающие стены. Она продолжала идти на голос и, выйдя в Зал Синклита, увидела Виктора. Он стоял так же гордо, как и всегда, но на этот раз, в положении его проглядывало некое напряжение. Виктор о чем-то спорил, стоя перед высокой фигурой неизвестного. Его лицо, да и сам он целиком был словно скрыт от нее, и как не старалась она услышать их разговор – ничего не получалось.

Гавриил не позволял ей, не пускал ее, а она и не подозревала, что находится внутри воспоминания Виктора, воссозданным Гавриилом.