Неожиданно для нее позвонил Дэйл Хоккес. Он называл ее «моя девочка» и предложил через час встретиться в парке.

К счастью, парк в Вустер-сити был только один. Едва миновав главную арку, Алиса увидела отца. Он медленно расхаживал вдоль клумбы с нарциссами, явно наслаждаясь хорошей погодой. Дэйл Хоккее был точно таким, каким она вообразила его, основываясь на рассказах Тома и на снимках, которые он для нее сделал. Не слишком высокий, среднего телосложения, с приятной улыбкой на лице, Дэйл раскрыл навстречу Алисе свои объятия.

«Я имею право обнять его. Я тоже его дочь, — растерянно подумала та, шагнув ближе. — Голос крови, он не может обмануть». И хотя слезы были где-то очень близко, она не заплакала. Более того, не почувствовала ничего особенного. Незнакомый человек, незнакомый запах… «От него пахнет лавандовым одеколоном и мятной резинкой, — отметила она. — Вероятно, для Элис это запах детства».

— Малышка моя, — нежно сказал отец, отводя выбившиеся из прически пряди с ее лба. — Так давно не заезжала. Я уже начал волноваться.

— Ну, как ты? — выдавила Алиса.

Дэйл был совсем седой, он часто улыбался, и тогда вокруг его глаз собирались тысячи морщинок, выдавая возраст и одновременно делая его обаятельнее.

— Ну что, пройдемся по магазинам? — Он махнул в сторону довольно оживленной пешеходной улицы. — Возможно, увидим в витринах что-нибудь эдакое и купим подарок для Мэган.

«Мэган… Кто она такая? — терялась в догадках Алиса. — Предложу купить соковыжималку, а окажется, что Мэган еще носит подгузники».

— Скажи честно, у вас с Винсентом действительно нормальные отношения или вы только создаете видимость?

— У нас все хорошо, — сказала она и улыбнулась.

Дэйл, довольный, рассмеялся:

— Отлично. Ты же знаешь, вы кажетесь мне великолепной парой. Кстати, — продолжил он после небольшой паузы. — Мне звонила Оливия, заметила заодно, что Винсент стал навещать ее не просто часто, а очень часто.

Алиса чувствовала, что отец настороженно ждет ответа.

— Просто не знаю, что сказать, — призналась она почти искренне. — Оливия такая… — она замялась, будто бы подыскивая эпитет.

— Сплетница? — помог ей отец. — Не спорю. Но не только у нее длинный язык. Кстати, сегодня она устраивает вечер. Я позвонил и сказал, что ты будешь. В семь.

— Ладно, — легко согласилась Алиса. — Буду в семь.

— Если ты появишься раньше, никто не станет возражать. Разве только Барбара… — Отец многозначительно посмотрел на Алису.

Та же понятия не имела, как реагировать. Она ощущала себя героиней какого-то сюрреалистического спектакля, где реплики сочиняли на ходу.

— Ты не обиделась на меня, детка? — спросил Дэйл, озабоченно глядя на дочь. — Ты же знаешь, я не хотел бы вмешиваться в твою жизнь. Я никогда не вмешивался.

— Я знаю, папа, — тихо ответила Алиса. — Я ни чуточки не сержусь.