– Да прекрати ты меня трясти, сумасшедший! – Пульдис оторвал ладони Адамса от своего лица и потер красные следы от судорожно сжатых пальцев.

– Чарли, ты вернулся?! – закричал Бенни и обнял его.

– Ну, ладно, прекрати, я тоже рад тебя видеть. Объясни лучше, как ты здесь оказался? Неужели Хозяин тебя простил?

– Смотри, Чарли, только стань за спину, а то еще зацеплю ненароком.

Адамс раскинул руки в стороны и с силой выбросил их вперед. Словно ураган смел поле до самого горизонта, оставив лишь сухую каменистую пустыню. Бенни начал размахивать руками, словно дирижер, повинующийся неслышной мелодии. Вот короткий взмах, и у ног заплескалась прозрачная вода озера, еще взмах – вырос сосновый лес с густым ковром из хвои и шишек. Запахло смолой и свежестью. Адамс поколдовал еще, и перед ними возникла корявая деревянная беседка с грубо тесанным столом и двумя неуклюжими стульями.

– А-а, не буду переделывать! – устало махнул он рукой и обернулся к своему другу.

Пульдис стоял, раскрыв рот, по колено среди густых зеленых кустов с красными плодами, и в руке его опять были садовые ножницы.

– Ты что, сросся с ними, что ли? – Адамс подошел, сердито выдернул инструмент и кинул в сторону. Они сверкнули на солнце, и тут же в руке у Чарли возникли еще одни.

– Понятно, – криво улыбнулся Бенни. – Мистер Джордж шутит. Ну, подожди, ты мне за это ответишь. – Он медленно и осторожно провел ладонью по руке Чарли, и ножницы исчезли.

– Спасибо, друг, – в глазах Пульдиса заблестели слезы.

– Пустяки. Ты вот подвинься сюда, пошурши хвоей, а мне кое-что закончить надо.

Адамс поставил Пульдиса за спину и через минуту превратил вторую половину поля в густую чащу, которая упиралась в далекие горы.

– Вот теперь все. Проходи, садись, будь как дома. – Бенни провел над столом рукой, и из-под нее вынырнула запотевшая от холода бутылка водки, две рюмки и две огромных порции свежезажаренного мяса. – Угощайся! – гостеприимно развел он руками, потом взял бутылку и свинтил пробку. – Признайся, давно водочку не пил?

– Господи, Бенни! – хрипло выдавил из себя Пульдис. – Как ты все это вытворяешь?!

– А я не знаю, – весело ответил Адамс и налил по полной. – Ну, выпьем?!

– За встречу!

Бенни действительно не понимал, как он делает то, что делает, просто чувствовал, что в мире Джорджа он может все.

Чарли плакал. Он все понял. Бенни лишь коротко пояснил ему, что он не умирал, а сейчас появился, чтобы рассчитаться с Джорджем. На вопрос о своих способностях и новых знакомых Адамс ответил уклончиво, решив пока не отягощать память друга лишней информацией. Пульдис молча кивнул головой, ему не надо было долго объяснять очевидные вещи. Он лишь спросил:

– Если все будет нормально, мы еще поговорим с тобой?

– Конечно, – ответил ему Бенни.

А теперь он плакал, и Адамс знал о чем: о своем потерянном жилистом теле и о прошлой жизни вообще.

– Прости, Бенни, за слабость, – всхлипнул он последний раз. – Уж так я себя потом ругал, когда понял, какой прохвост этот Джордж. Ох, как сладкоречив он был, когда говорил о твоей смерти, о вечной райской жизни, о величии стороннего наблюдателя за вселенной. Да собственно, и выбора у меня не было: если бы я отказался, его мордовороты открутили бы мне башку. Я ведь всех баб в деревне обрюхатил. – Пульдис заметил лукавую улыбку Адамса и поправился. – Ну, почти всех.