Разница между экроном и городским телевидением все-таки была. Во-первых, по количеству каналов: городское телевидение имело несколько сот программ, а амброзийское не больше ста. Во-вторых, по структуре построения передач. Экрон давал много музыки, передавал концерты и симфонии, часто показывал познавательные передачи по самым разным областям знаний и быта. Было очень много фильмов о древних рыцарях и сказок. В целом хорошее, добротное телевидение.

Городское телевидение было попроще и пожестче. В нем присутствовала строгая градация каналов по тематике, только специального новостного канала Глетчер не нашел. Очень много было спортивных каналов, казалось, все население непрерывно соревнуется. Приятно удивили Глетчера профессиональные каналы, передачи которых посвящались конкретной отрасли: бизнесу, медицине, компьютерам и электронике, промышленности. Таких каналов были десятки. Нашел Барри и каналы художественных фильмов, их было тоже очень много. Его заинтересовали боевики: они касались в основном времен Большого Взрыва, который разнес всю Южную территорию. В них светлолицые герои и героини влюблялись, ужасались, погибали, боролись со злодеями, спасали друг друга. О коренных жителях Южной территории нигде не упоминалось. Впрочем, Глетчер этому не удивился. Как и в его время, на экране лилась кровь, но все эти сюжеты были из такого далекого прошлого, что их ужасы иллюстрировали достижения Новой Цивилизации, сумевшей благополучно пережить такой катаклизм.

Чем больше Глетчер всматривался в экран, тем больше убеждался, что понять свою сегодняшнюю родину не может. Что-то постоянно от него ускользало. К концу второй недели, когда Глетчер в очередной раз вернулся домой с красными, усталыми глазами, Алиса усадила его напротив себя:

– Барри, папа просил тебе передать, чтобы ты не увлекался городским телевидением.

– Почему?

– Видишь ли, мне папа только сейчас сказал, я раньше не знала: оказывается, городское телевидение – это почти непрерывное компьютерное моделирование. Спорт, фильмы, актеры, декорации – все это делают на компьютерах в Социальном институте или в его филиалах.

Барри нечего было на это сказать, он все сразу понял. Городское телевидение не просто развлекало или корректировало социальную среду, оно еще и помогало контролировать население. Если ты смотришь телевизор, то выбираешь определенную тематику, и твои пристрастия легко высчитываются компьютером! К телевидению Глетчер охладел, наверное, навсегда.

После этого пришла апатия. Глетчер часто вспоминал начало своей работы в институте. Тогда он горел желанием быть полезным.

В первый рабочий день Глетчера провожал тесть. Он провел его в кабинет, усадил за стол, а сам присел напротив:

– Барри, это твое рабочее место. Там, – Харман развернулся и указал рукой на дверь в углу помещения, – вход в мой офис, но ты можешь им пользоваться только по моему вызову. Запомнил? Тем более, что пока функции моего помощника тебе не по плечу. Сейчас твоя задача – изучить наше общество, начав с его истории. В перерывах печатай отчет по Звездной экспедиции, надеюсь, ты помнишь это требование Совета. Ну, все. Удачи!

И Харман вышел. С тех пор служебных разговоров с Глетчером больше никто не вел, его никто не беспокоил, не контролировал, не давал никаких дополнительных заданий. Он вообще не ходил бы на работу, но Алиса предупредила, что пунктуальность обязательна для чиновника высшего ранга.