ГЛАВА 30 в которой Георга принимают в команду.

– Командир, – спросил Чарли, – куда дальше двинем?

Перед капотом автомобиля бугрилась серо-бурая земля. Кое-где, разрывая грунт, выпирали ее внутренности: черное, с клоками ржавчины, угловатое железо и проволока, все остальное уже потонуло в почве, вернее стало ею, похороненное здесь давно и навечно. Запахи были терпимыми, а легкий ветерок казался даже приятным.

– А разве здесь можно проехать?

– Можно, только не прямо. Поехали вправо.

– Почему вправо, Бенни?

– Черт его знает.

– Ну что ж, весомый аргумент.

Быстро темнело. Фары выхватывали из темноты картины тления и запустения. Было жутко. Один раз в пятне света мелькнул выбеленный годами человеческий скелет. От него повеяло такой тоской и безысходностью, что всякое желание разговаривать пропало. Наконец уже глубокой ночью Чарли остановил машину и сказал, что ехать дальше опасно, а выходить страшно, и предложил поспать.

Несмотря на тревоги и неопределенность будущего, они уснули. Спали плохо, беспокойно, то и дело просыпаясь от каких-то жутких всхлипов за темными окнами. Лишь после того, как черная синева неба лопнула легкой розовой полоской на востоке, сон сморил их глубоким забытьем. Проснувшись утром, они не сразу поняли, где оказались. Вокруг клубился тяжелый туман. Люди долго сидели, не решаясь выходить в это серое молоко. Не хотелось ни есть, ни разговаривать. С тревогой они всматривались в окна. Но вот солнце побороло сумрак, туман вдруг стал съеживаться, оседать вниз, исчезать. Горизонта не было, вместо него со всех сторон громоздились бугры мусора. Пора было выходить.

При солнечном свете местность потеряла свою таинственность, но не стала более уютной.

– Кажется, наш фургон, – Бенни похлопал его по холодному капоту, – нашел свое последнее пристанище.

Чарли в ответ молча кивнул. Ему тоже было не по себе.

– Значит, так. Я и Георг пойдем на разведку. Чарли, тебе охранять наши запасы, отлучаться запрещаю.

– Бенни, да кому здесь…

– Не знаю, друг, не знаю, – перебил его Адамс. – Но от машины не отлучайся и будь настороже. Обещаешь?

– Раз настаиваешь, то конечно. Идите и будьте спокойны, с харчами и питьем я расстанусь только вместе с жизнью.

Адамс и Проквуст готовились к выходу тщательно. Несмотря на жаркий день, оделись в прорезиненные комбинезоны, на ноги натянули массивные ботинки. Бенни приладил себе на правое бедро специальные зажимы под полицейский пистолет и нож. Попробовал – навыки остались: пистолетная рукоять легко и быстро ложилась под ладонь, ну а выдернуть ее – дело мгновения. В заплечные мешки положили запас еды и воды на несколько дней. Пульдис помогал им снаряжаться, а теперь, когда все было готово к выходу, грустно смотрел на уходящих. Ему не хотелось оставаться здесь одному. Но что делать? Бенни подошел к Чарли и обнял его. Он тоже успел привязаться к своему другу, как к брату. Расставаться было тяжело.

– Не робей, старина. И чудовищ не бойся, мы их по округе распугаем.

– Командир, – улыбнулся Пульдис, – будь спокоен, справлюсь. Главное, вы возвращайтесь.

Они крепко пожали руки друг другу. Потом Бенни что-то шепнул Чарли, тот молча кивнул и отошел к фургону. Через полминуты он вернулся, держа в руках еще один автомат с сумкой боезапаса. Адамс взял это в руки и подошел к Проквусту.

– Георг, это оружие для тебя. Ты больше не пленник, теперь ты полноценный член команды.

Парень принял оружие и неожиданно всхлипнул, его распирало от благодарности к людям, которые дали ему возможность начать жизнь заново.