Собравшиеся дамы и господа кривят губы и на их лицах брезгливость и презрение. Хм, знали бы они из-за кого у моих друзей такое состояние! Плевать, что и кто подумает. Тренера придерживаю под локоть, наблюдая за тем, как штормит Лену и Жанну. Кстати, нас с Александром Николаевичем тоже немного заносит. Как мы миновали зал ресторана и умудрились не свернуть ни один из столиков? Повезло, не иначе. Правда, на середине пути две официантки вызвались подругам помочь и подстраховать. А ко мне на помощь пришёл распорядитель.

— Такси за счёт заведения, — буркнул работник ресторана. — Да, вам просили передать извинения.

— Кто? — уточнил я, догадываясь, что это организовала Ольга.

— Госпожа Бургинова, она ужасно опечалена произошедшим, — ответил распорядитель зала. — Мне ей что-то ответить?

— Нет, — криво усмехнулся я.

Такси нас уже поджидало, водитель тяжело повздыхал, увидев в каком состоянии его клиенты, но возражать не стал, когда мы загрузились в машину.

— Куда едем? — спросил таксист.

— Шеф, отвези нас в парк аттракционов! — подала голос Жанна.

— Ты живёшь-то где? — обернулся я к журналистке. — Адрес скажи.

— Не, мне туда нельзя, заругают, — погрозила она мне пальчиком и икнула.

— Жан, а поедем ко мне? — неожиданно предложил ей Курзин.

Журналистка заглянула в лицо Александру Николаевичу, положила ладошку на его щеку и произнесла:

— Ты слишком для меня хорош. Не пожалеешь?

— Вариантов нет, — погладил тот её пальчики. — Шеф, — обратился к водителю, — Артиллерийский переулок, дом семь.

— Тренер, ты уверен? — уточнил я, впервые перейдя на ты.

— Горец, не переживай, детей не обижаю, — усмехнулся тот.

— Это кого ты ребёнком назвал⁈ — возмутилась Жанна.

— Прекрати, потом с ним отношения выяснишь, — пихнула журналистку в бок Сироткина.

Они втроём расположились на заднем сиденье, а я рядом с таксистом, который невозмутимо управляет машиной. Готов поспорить, что он и не такое повидал, пассажиры каждый день разные, со своими тараканами и проблемами. Мы ещё не такие буйные и салон тачки не испохабим, не потребуется химчистка.

— Нет ты мне ответь! — надула губки Жанна.

— Всё объясню и расскажу, — прикрыл глаза Курзин, а потом потёр висок.

— А почему нет песен⁈ Шеф, включи радио или кассету поставь! — обратилась журналистка к таксисту.

— Какой жанр? — уточнил тот.

— Весёлый, что-нибудь про любовь. Например, — Жанна чуть задумалась и попыталась напеть: — я только к тебе лечу, я только тебя люблю!

— Приехали, — усмехнулся таксист, останавливаясь. — Это первый подъезд, вам какой?

— Второй, третий этаж, — буркнул Курзин.

— На этаж не поеду, — усмехнулся таксист.

Когда мы из тачки выгрузились, то водила уточнил, все ли мы прибыли в конечную точку или поедем дальше. Разумеется, у тренера оставаться не планировал, да и Жанна стала настаивать, что кое-кто лишний и в её разборках принимать участие не должен. Александр Николаевич невозмутим, он заметно протрезвел и уже неплохо на ногах стоит.

— Поезжайте, — сказал Курзин, — о Жанне позабочусь, за неё не переживайте.

— Точно? — уточнил я.

— Сто процентов, а о случившемся завтра поговорим, приходи вечером во дворец, пора за тренировки браться и прикинуть, в какие турниры заявляться, — держа журналистку за талию, чтобы та не упала, ответил тренер.

— Хорошо, — кивнул я ему, а потом посмотрел на Лену: — В общагу?

— С ума сошёл⁈ А как же моя репутация? — девушка затрясла головой и пошатнулась, пришлось её поймать и к себе прижать.