|
Также можно было предположить, что кентавры являютсядеградировавшимипотомкаминекогда высокоцивилизованных пришельцев с другой планеты, прибывших сюда столетия назад. Эта планета была достаточно велика, ее полезная, пригодная для проживания площадь значительно превышала земную, и кругом было достаточно места для расселения целых орд заблудившихся путешественников. Некоторые из них могли поселиться в городе, хотя это казалось нам довольно сомнительным из-за убийственной вибрации, потрясавшей город при каждом приземлении очередного космического корабля. Нельзя было исключить и другую гипотезу, согласно которой все прибывшие на планету экспедиции состояли только из существ мужского пола, что лишало пришельцев возможности оставить потомство. Отрезанные от своих цивилизаций, они были обречены на элементарное вымирание. - Есть еще один вариант, - заметила Сара. - Некоторые из них могли поселиться в долине. Ведь Найту же удалось в ней поселиться. То же самое, возможно, сделали и другие, причем многие из них. Я кивнул, соглашаясь с ней. Это была последняя ловушка. Если пришелец не погибал по пути к долине, он становился ее пленником. Однажды очутившись в ней, он уже не мог из нее выбраться. Это была идеальная западня, которую никто не хотел покидать по собственной воле. Хотя, совсем не обязательно, что все дошедшие до нее существа стремились попасть в нее по той же причине, что и Лоуренс Арлен Найт, и искали то же, что он или мы. - Ты действительно убежден, - спросила Сара, - что видел все, о чем рассказывал мне? - Честное слово, я уже не знаю, как мне заставить тебя поверить, - ответил я. - Неужели ты полагаешь, я все это придумал? Придумал специально, чтобы испортить тебе жизнь? Или ты считаешь, что я не способен чувствовать себя счастливым? Конечно, такой отпетый скептик и дегенерат, как я, чересчур толстокож, чтобы испытывать истинную радость, на которую способна ты, но после такого изнурительного пути и меня должно было пронять... - Да, конечно, - перебила меня Сара, - у тебя не было причин врать мне. Но почему все это видел ты один? Почему не я? Ведь я ничего такого не наблюдала. - Свистун тебе уже все объяснил, - вскипел я. - Он мог заставить прозреть только одного из нас. И он открыл глаза только мне. - Одна из частей моего существа принадлежит Майку, - сказал Свистун. - Одалживали друг другу свои жизни. Есть незримая связь между нами. Его разум всегда со мной. Мы - почти что одно целое. - Одно, - торжественно забубнил Роско, - давно, равно, темно... - Прекрати квакать, - отозвался Пэйнт. - Что за бессмыслица? - Мысль с лица, - невозмутимо ответил Роско. - Самый умный из нас, - прогудел Свистун, - пытается нас чему-то научить. - У него просто переплелись все извилины в мозгу, - сказал я, - вот и вся разгадка. Эти кентавры... - Нет, Майк, - возразил Свистун, - он пытается найти с нами взаимопонимание. Я повернулся и пристально посмотрел на Роско. Он стоял гордо и прямо, пламя костра замысловато отражалось от зеркальных граней его металлического корпуса. Я припомнил, что еще в пустыне, когда мы упорно пытались от него чего-нибудь добиться и задавали бесчисленные вопросы, он указал нам, что нужно двигаться на север. Неужели он действительно что-то соображал? Найди он способ сформулировать свою мысль... Было ли у него что-то в голове, чтобы поделиться с нами? - Ты не можешь помочь, - обратился я к Свистуну, - заглянуть вовнутрь и узнать, что он хочет сказать? - Это выше моих сил, - вздохнул Свистун. |
