— Какой вы милый обаятельный человек! — простодушно воскликнула миссис Кроултон, когда мужчины присоединились к ней в гостиной выпить по чашечке кофе. — Гарри пугал меня, что вы не примите нашего приглашения, и все мои хлопоты будут напрасными.

— Ну почему же! Мне очень приятно познакомиться с такой милой дамой, как вы. Незабываемый вечер…

Миссис Кроултон, полная добродушная дама, покраснела от удовольствия.

— Не надо говорить мне комплиментов, сэр. Вот, если бы я была молоденькой, тогда уж точно положила бы на вас глаз, — рассмеялась она. — Вы не женаты, лорд Мортимер?

— Дора, — укоризненно промолвил мистер Кроултон. — Задавать такие вопросы не совсем прилично! Лорд Мортимер помолвлен с мисс Сарой Гренвилл, дочерью известного политика, — добавил он. — Верно я говорю, сэр? — обратился он к Джеймсу.

Джеймс проигнорировал вопрос, но неожиданно для себя спросил:

— Вы не застали здесь Белинду — очаровательную молодую англичанку? Я не помню ее фамилии.

— Нет, — ответил несколько удивленный Генри Кроултон.

— Белинду? — переспросила миссис Кроултон и тут же утвердительно кивнула. — Да, я помню ее, но фамилию тоже забыла. Она у нее была какая-то необычная: не то… Нет, не могу вспомнить. А саму Белинду отлично знаю. Она и ее муж прожили здесь примерно полгода после нашего приезда сюда. Белинда — красавица каких поискать, а хозяйка… Готовила — пальчики оближешь, а какая умница… Вот кто, скажу я вам, сэр, был бы для вас отличной женой…

— Дора, — воскликнул пораженный замечанием жены Кроултон. — Что ты говоришь? И откуда ты ее знаешь?

Миссис Кроултон ни капельки не смутилась.

— Я говорю истинную правду, Гарри. Ее муж — набитый дурак, — миссис Кроултон, как бы желая смягчить свои слова, смущенно улыбнулась лорду Мортимеру. — А Белинда могла составить счастье любому, даже самому идеальному мужчине… Я ее хорошо успела узнать. Изумительная женщина. А ты, Гарри, — миссис Кроултон перенесла свое внимание на мужа, — не помнишь потому, что всегда занят только работой. А здесь не очень много наших соотечественников. Население Габороне всего-то около сорока тысяч. Это тебе не Лондон. И мы, женщины, вне зависимости от того, чем занимаются наши мужья, постоянно встречаемся. Ты же знаешь, что у нас даже есть определенный порядок, у кого мы все собираемся каждую неделю.

— Говорят, Белинда была несколько импульсивна… — снова вернул разговор в желанное для него русло Джеймс.

— Импульсивна? — воскликнула миссис Кроултон. — Это еще мягко сказано, сэр. Белинда — это огонь. Она та еще чертовка, но сердце у нее доброе, а ум острый. А почему вы ей интересуетесь, сэр? Вы ее знаете? Где она сейчас?

Джеймс смутился. Как подросток, уличенный в неблаговидном поступке, он густо покраснел и, пробормотав что-то невразумительное, предложил Кроултону заняться производственными вопросами. Мужчины перешли в кабинет.

Поздним вечером, когда Джеймс уже уехал к себе в отель, а супруги остались одни, Генри упрекнул жену в непростительном для их положения фамильярном обращении с боссом. Дора молча сносила нарекания мужа, но в конце концов не выдержала и снисходительно заметила мужу:

— Не обольщайся, дорогой, Джеймс Мортимер заявился сюда не потому, что хотел пообщаться с тобой на месте и выяснить, как обстоят дела.

— Что ты хочешь этим сказать? Он приехал поговорить с тобой? Не смеши! Он даже не знал о твоем существовании.

Миссис Кроултон загадочно улыбнулась.