Сара правильно оценила реакцию Элизабет и взвилась:

— Не понимаю, что мужчины находят в таких, как вы. Доска доской!

— Я хочу пополнеть, но у меня не получается, — быстро нашлась Элизабет и продолжила: — Мой клиент напал на вас, но он действовал в состоянии аффекта, в которое ее ввели события, не имеющие никакого отношения к вам. Мой клиент с вами не был знаком и не имел к вам никаких претензий. — Элизабет недовольно поморщилась — формулировка получилась не очень удачной.

Сара не упустила возможности уколоть Элизабет.

— Не имел ко мне претензий? Зато я и мой жених, лорд Мортимер, — Сара в упор посмотрела на Элизабет, как будто ждала возражений с ее стороны, — имеем! И желаем, чтобы эта ваша мадам Эркюлье была сурово наказана, дабы никому не повадно было бросаться на людей как цепная собака.

Мимо медленно прошествовал пес, ведомый на поводке дамой с фотоаппаратом. Он ни на кого не обращал внимания, полностью погруженный в свои, одному ему ведомые собачьи заботы. Элизабет проводила его глазами. Судя по поведению собаки, Линда мало походила на пса, по ассоциации с увиденным подумала Элизабет.

— Я хотела бы, чтобы вы изменили свою позицию, — продолжала настаивать Элизабет. — В деле есть два заявления: от вас, мисс Сара Гренвилл, и от лорда Мортимера. Поэтому ваши слова о совместной позиции с лордом Мортимером звучат несколько странно. Похоже, лично вы готовы были простить ее.

— Я и мой жених, лорд Мортимер, имеем тождественные мнения по всем вопросам, — отрезала Сара, оставив без внимания замечание Элизабет.

Воцарилось молчание. Элизабет специально тянула паузу. Она не понимала, зачем ее пригласила мисс Гренвилл, если придерживается столь непримиримой позиции. Она хотела вынудить Сару пояснить цель их встречи. Элизабет знала, что начинающий первым говорить человек выкладывает больше деталей, чем сам в этом заинтересован, и упорно ждала слов Сары. Но в отношении ее Элизабет просчиталась.

— Что ж, думаю, нам надо попрощаться, — светски вежливым тоном произнесла Сара и встала. — До свидания. Я предоставляю решение судьбы мадам Эркюлье суду.

— До свидания, — грустно промолвила Элизабет. Она тоже поднялась, оставила на столе деньги за не выпитый ею кофе и кофе Шарля, который тот забыл оплатить, и задумчиво побрела по той же самой улице, которая всего пятнадцать минут тому назад вызывала у нее восхищение, а сейчас показалась убогой и заброшенной.

Странная она какая-то, эта Сара Гренвилл. Как упорно она повторяла: она и ее жених, лорд Мортимер, думают; она и ее жених, лорд Мортимер, считают… Создается впечатление, что Сара старалась ее зомбировать или, наоборот, желала убедить саму себя, что она действительно невеста лорда Мортимера. Догадывается об изменах человека, еще не ставшего ее мужем, и с ужасом ждет своей участи после замужества?

Но не только это поразило Элизабет. Не говоря о странной реплике о росте, Сара все время до не приличия пристально ее разглядывала. Неужели она не знала, что среди адвокатов встречаются и молодые женщины?

Элизабет с трудом подавила стремящийся вырваться наружу смешок. Возникший у нее образ престарелой Дюймовочки дополнился еще некоторыми чертами. Она представила себя престарелой, согбенной старушкой, с трудом передвигающей ноги и шепеляво заявляющей, что стремительно развивающийся маразм не позволяет ей однозначно утверждать, кто является ее клиентом. Сара Гренвилл, наверное, была бы полностью удовлетворена таким адвокатом Линды.

По улице медленно ехало такси. Элизабет махнула рукой. Автомобиль остановился, и она быстренько устроилась на заднем сиденье.

— В госпиталь Биша, — скомандовала она шоферу и снова углубилась в свои мысли.