Роза обомлела: на щеке Джайлса алела свежая рана – такое же клеймо, как и у нее на бедре, несмываемая печать Морлейской епархии!

Она с трудом проглотила ком в горле.

– Что случилось?

– Я думаю, это понятно и без слов. Джайлса поймали и поставили клеймо на лице, рассекретив на всю оставшуюся жизнь! Счастье, что он сумел сбежать, захватив Мейв!

Гарет встряхнул за плечи Розу.

– Ты понимаешь, что наделала? Его звали Лисой Мастерсона! Каждое его движение было незаметным, безопасным. А теперь? Все кончено! Его везде узнает всякий! Ты сделала его жизнь бессмысленной, и Мастерсону теперь Джайлс не принесет пользы.

– Простите меня, Джайлс! Может, послать за цирюльником?

– Все не так плохо, милорд! Вот заживет рана, я отпущу бороду, и шрам будет скрыт, меня никто по-прежнему не станет узнавать.

Гарет саркастически хохотнул.

– Я тебя уже не узнаю, Джайлс! Чтобы так довериться женщине!

Роза встала между двумя мужчинами.

– Что за смысл тебе сейчас, Гарет, выказывать перед Джайлсом свой ум и храбрость? Мне кажется, ты страдаешь оттого, что ущемлена твоя гордость.

Невероятным усилием воли Хок сдержал себя, чтобы не ударить Розу. Руку он остановил, но не язык.

– Роза! Я устал от тебя! Ты мне надоела своими причудами. С тех пор, как ты вошла в мою жизнь, у меня одни неприятности. Я не знаю, почему я все это терплю.

Он кивнул стражнику.

– Уведите ее!

Подошел стражник, но Роза со страшным криком отскочила в сторону.

– Нет! Я не хочу быть снова пленницей! – яростно закричала она.

Одним движением Роза распорола подкладку юбки и достала кольцо. Она бросила его Гарету. Кольцо ударилось о его грудь и с металлическим звоном покатилось по полу.

В зале воцарилась гнетущая тишина. Все взгляды были устремлены в одну точку – на крошечный предмет, лежавший на полу. Но никто не сделал ни одного движения, чтобы его поднять.

Роза смотрела на Гарета. Он кипел от ярости. Она сказала:

– Вот оно! Все это время ты хотел, чтобы я отдала тебе кольцо. Возьми! Ты победил.

– Кольцо твое, Роза. Я его не возьму.

– Прошло время благородных поступков! – она кивнула на кольцо. – Если это цена моей свободы, бери кольцо! Нет ничего более страшного на свете, чем жить под одной крышей с тираном! Я уеду из Мастерсона как можно скорее.

– Но есть веские причины, из-за которых тебе следует остаться! – Гарет прошептал: – Ты моя жена!

– Надеюсь, эту ошибку можно исправить.

– Твоя жизнь в опасности, Роза! Акасия…

– Все ты врешь! Я вернусь в Браервуд! Мне нечего теперь ее бояться.

С этими словами Роза вышла.

Только Джайлс мог поддержать духом хозяина, пребывавшего в, крайне плохом настроении.

– Она не позволяла мне быть ей настоящим мужем, я устал казаться шутом! Мне остается только одно: дать ей свободу!

– Может, вам стоит напугать ее опасностью со стороны де Ваннэ?

Гарет удрученно покачал головой.

– Она от него не в восторге, но он старый друг их семьи. Роза ему верит, возможно, даже согласится выйти за него замуж.

Гримаса боли исказила лицо Гарета. Он вспомнил Селестину. Лорд подозвал Седрика.

– Будешь сопровождать леди в Тангейт. Это одно из немногих мест, где у нее есть друзья. Сомневаюсь, чтоб люди де Ваннэ смогли отыскать ее там. Сам Алейн, наверное, на зиму уехал в Виндзор.

Седрик пал духом. Он только что вновь обрел Мейв, и тотчас же его отсылают от возлюбленной!

– Ты должен ехать, – мягко сказала Мейв.