— Я думал об этом, — усмехнулся мсье Лалует, — но вы бы сразу узнали текст.

— Да-да, верно, — согласился мсье Ипполит Патар.

На мгновение он задумался.

Столько ума, прозорливости и смелости действительно заставляли задуматься. Постоянный секретарь знал людей из Академии, которые умели читать, однако они и в подметки не годились мсье Гаспару Лалуету.

Мсье Гаспар прервал его размышления.

— Я пока еще сижу на букве «А», — сказал он, — но скоро с ней покончу.

— Ах так? Вы еще на букве «А»!

— Ведь это же к букве «А» относятся слова «абажу» («подщечка») и «абака», мсье постоянный секретарь… Благодаря им я имел честь покорить вас.

— Да! Да! Да! Да!

Мсье Ипполит Патар встал и открыл дверь на улицу. Грудь его вздымалась, будто он пытался вобрать в себя сразу весь воздух столицы. Он посмотрел на улицу, на прохожих, на дома, на небо, на церковь Сакре-Кер, воздавшую к небу крест, и по вполне понятной ассоциации подумал обо всех тех, кто тайно нес свой крест здесь, на земле. Ситуация никогда еще не была столь ужасной для мсье постоянного секретаря.

— До скорого, дорогой коллега, — сказал он. И ступил на тротуар, открывая свой зонтик, хотя дождя не было и в помине. Сделав над собой героическое усилие, он принял решение и обернулся к человеку, не умевшему читать. Мсье Патар был уже не в состоянии о чем-либо думать. Не решаясь идти открыто, он прятался как мог.

Глава 11

Жуткое явление

Не успела за мсье постоянным секретарем закрыться дверь, как мадам Лалует бросилась к мужу.

— Ну что, Гаспар? — буквально простонала она.

— Все в порядке. Он сказал: «До скорого, дорогой коллега».

— Значит, он все знает?

— Теперь он все знает.

— Тем лучше! Тогда, если вдруг однажды что-то и станет известно.., он не удивится… Ты свой долг выполнил, так что теперь дело за ним.

Они расцеловались. Они были счастливы.

— Добрый день, мсье академик! — сказала мадам Лалует.

— Все это ради тебя, — ответил мсье Лалует. В самом деле, ведь это ради нее решился он на этот шаг. Мадам Лалует вышла замуж за мсье Лалуета только потому, что он написал книги, и она так ему и не простила, что он скрыл от нее свое неумение читать. Когда же наконец он в этом признался, в семье начались душераздирающие ссоры. Затем мадам Лалует попыталась научить мужа читать. Это оказалось пустой затеей. Он был словно заколдован. С алфавитом дело еще как-то шло (буквы были большими), но мсье Лалует совершенно не мог одолеть слоги: б-а — ба, б-и — би, б-о — бо, б-ю — бю Слишком поздно, видно, он взялся за дело, и слоги совсем не оставались в его голове. А жаль, потому что в душе мсье Лалует был художником и любил все прекрасное. От огорчения мадам Лалует даже заболела и согласилась выздороветь лишь в тот день, когда мсье Лалует получил звание лауреата Академии. Тогда она вернула ему свою любовь.

И хотя с того дня прошли годы и мсье Лалует под нажимом жены демонстрировал свою любовь к литературе, между супругами продолжала существовать страшная тайна, отравлявшая все их существование: мсье Лалует не умел читать!

Как раз в это время и случилась эта история в Академии. По самому необычному стечению обстоятельств мсье Лалует стал свидетелем смерти Максима д'Ольнэ. Мсье Гаспар Лалует не был ни суеверным, ни дураком.