— Для этого не обязательно выезжать на прогулку. Мы это можем сделать и здесь.

— В самом деле? — Он посмотрел ей за спину. Анна обернулась. Дети с любопытством наблюдали за ними, ловя каждое слово. Анна вздохнула и повернулась к

Грейли.

— Я не поеду с вами. И давайте покончим с этим.

I!

Граф Грейли едва удержался от улыбки, увидев ее страдальческий вид.

— Я не кусаюсь, мисс Тракстон. Ну же, поедемте.

— К сожалению… — сказала она. — Извините, нам нужно работать. — Повернувшись к детям, она произнесла: — Будем спрягать греческие глаголы.

«Черт бы побрал эту упрямицу! « — выругался про себя граф. Однако ему не хотелось уходить ни с чем.

— Мисс Тракстон!

— Граф, я буду рада видеть вас здесь только при условии что вы не будете нас отвлекать. Это, в конце концов, в ваших же интересах.

Грейли едва не взорвался. Эта чертова Тракстон уже второй раз ставила его на место в присутствии детей, но так, что не придерешься. К такому обращению он не привык.

— Хорошо. Занимайтесь! — надменно произнес он и вышел.

Он направился в библиотеку, где его ждала бутылка спасительного портвейна, утешая себя мыслью о том, что дерзкая Анна и ее беспокойные подопечные одного поля ягоды и не стоит этим вообще забивать себе голову. После сегодняшнего отказа он решил, что ему не следует нарушать условности общества, — связь с гувернанткой! Он не мог себе такого позволить. Однако он знал, что она ему нравится. Очень нравится: и когда он смотрел на нее, и когда думал о ней. Терзаясь такими мыслями, он не мог найти правильного решения.

Одно он понимал очень хорошо: Анна была и остается светской дамой и с ней следует подобающим образом обращаться.

Усевшись в библиотеке, граф Грейли первым делом выпил за здоровье сэра Финеаса Тракстона. «Да, — думал он, — этому лису в уме не откажешь». Сэр Тракстон хорошо знает свою внучку и глупостей не посоветовал бы. Проникшись к сэру Финеасу еще большим уважением, он опять выпил за его здоровье. «Но если он так умен, — думал граф, — через него надо найти путь к ее сердцу». И он еще раз выпил за сэра Финеаса. Когда в библиотеку вошел Далматл, граф, сидя за столом перед тремя пустыми бутылками, уже храпел во всю силу своих могучих легких. Укоризненно покачав головой, управляющий осторожно прикрыл дверь и отправился домой.

На следующее утро граф проснулся с жуткой головной болью и с медным привкусом во рту. Обхватив руками голову, он подумал, что уже слишком стар для таких потрясений. Стар, чтобы иметь дело с тремя бутылками портвейна, пятью маленькими бестиями и наглой гувернанткой. Услышав звук открываемой двери, он осторожно приоткрыл один глаз. Увидев перед собой лорда Брендона, он грубо спросил:

— Какого черта? Лорд ухмыльнулся:

— Я не вовремя?

Граф свесил ноги с кровати.

— У меня был тяжелый день.

Лорд Брендон уселся в кресло перед камином и закинул руки за голову.

— Мне хотелось застать тебя врасплох. Держу пари, к тебе не часто врываются без стука.

Грейли вытащил из-под подушки пистолет и угрожающе потряс им:

— В следующий раз я тебя пристрелю. Может, хоть пуля в животе научит тебя хорошим манерам.

— Ты еще пушку под подушку засунь. — Лорд Брендон был склонен к грубым шуткам. Граф Грейли уныло произнес: — Я с тобой и без пушки справлюсь. Давно приехал?

— Утром.

— Надолго?

— На день, не более.

— Идиот!

— Я тоже тебя люблю. Собственно, заехал оставить у тебя Сатану, если ты не возражаешь.