— Серьезно? Это звучит как настоящая драма. Хотя я в первый раз слышу, что дружеское соперничество, дружеское соревнование могло стать причиной сильной зависти и тем более поводом для убийства, — сказала я.

— Но иногда их противостояние принимало очень масштабные формы. Помимо того, что отец продолжал разыгрывать своих приятелей и эти розыгрыши временами были очень чувствительными для самолюбия, — я тебе уже рассказывал, — Виталий тоже входил в число тех, над кем подшучивал отец. Я помню один случай, когда они так сцепились, что охрана едва разняла их. Это было на каком-то благотворительном вечере. Они начали спорить, кто из них лучше управляет бизнесом, и в итоге дело дошло до рукопашной, — сказал Владислав.

— Ничего себе! И из-за выяснения этого необходимо было устроить битву? — с удивлением в голосе спросила я.

— Возможно, не только из-за этого. Похоже на то, что у них накопились обиды. Отец всегда был успешнее, и, видимо, это сильно задевало Виталия. Так что я даже не знаю, какими после этого инцидента были их отношения, хотя формально, конечно же, они помирились. Но кто знает, было ли это примирение искренним. Соперничество между ними ведь все равно продолжилось. Как знать, ведь Виталий мог сильно обидеться на отца, — предположил Владислав.

— Влад, а как ты думаешь, Виталий рассчитывает, что твой отец упомянул его в завещании? — спросила я.

— Знаешь, от моего отца можно ожидать все что угодно. Отец всегда был непредсказуемым. Иногда он мог проявить щедрость. А иногда, наоборот, был очень строгим. Предугадать его намерения и действия было очень сложно, — сказал Владислав.

— Да, я согласна с тобой. Но если Виталий так завидовал твоему отцу, то возможно, что он надеется на какую-то компенсацию в завещании, — высказала я свое мнение.

— Да, вполне возможно. Но что-то я не очень уверен в этом. То есть в том, что отец сделал это. Он всегда говорил, что ценит людей за их достижения. А не за дружбу, пусть даже и многолетнюю.

— Влад, а Виталий уже уехал после похорон или он остался? — спросила я.

— Нет, Виталий сейчас здесь. И я думаю, что он останется на оглашение завещания, — ответил Владислав. — Ну вот, Таня, вроде бы я уже всех охарактеризовал. Я имею в виду тех, кто может быть причастен к смерти отца. Правда, остались его сотрудники в компании, но о них я мало что знаю.

Глава вторая

— Влад, я, пожалуй, пройдусь по территории, а потом попробую поговорить с кем-нибудь из обслуживающего персонала. Наверняка слуги в курсе того, что происходило в доме, пока ты занимался делами в Сиднее, — сказала я.

— Хорошо, Таня, — кивнул Владислав.

На территории загородного дома было на удивление пустынно. Должно быть, гости отдыхали в своих апартаментах. Я решила осмотреть территорию загородного дома Новоявленских. Пройдя все расстояние по периметру, я пришла к выводу, что на самом деле дом с прилегающими к нему придомовыми постройками представляет собой, можно сказать, открытое место. И проникнуть внутрь может любой, потому что забор не является непреодолимым препятствием. Я даже прикинула, как я сама при необходимости могла бы оказаться по другую сторону ограждения: ничего сложного. Деревья с толстыми ветвями растут почти у самого забора. Осталось только зацепить лассо за толстый сук — и дело в шляпе.

Что же касается охранников, то на всем своем пути я не встретила ни одного из них. Конечно, они могли быть в данный момент в своем домике, в котором они, по словам Владислава, отдыхают между сменами.