– Понимаешь, этого–то я и боюсь.

– Я знаю и прошу прощения, что спрашиваю. Но мне нужно знать.

– Зачем?

Хороший вопрос. Только где взять такой же хороший ответ?

– Для собственного спокойствия. Потому что я хорошо относилась к Тедди. – Ничего лучшего я не смогла выдумать, но Гретхен, кажется, этим удовлетворилась. Я начала понимать, насколько, оказывается, легко врать и при этом выходить сухим из воды, и это меня беспокоило – как бы не втянуться. Но в данном случае это было мне на руку.

Вернувшись к своему столу, я позвонила Трисии. Она успела переговорить с Хелен, и похороны назначили на утро субботы в церкви Сент–Эйден, а вот насчет поминального приема еще ничего не решили. Трисия уже побывала в трех ресторанах и четырех отелях поблизости от церкви, но ни на чем не остановилась.

– Пожалуйста, только не «Сент–Реджис», – взмолилась я.

– Почему нет? Это – одно из мест, названных Хелен, – удивилась Трисия. – Я как раз туда собираюсь.

– Ты шутишь.

– Я знаю, что там дорого, но мне кажется, Хелен находит утешение в том, чтобы потратить как можно больше денег Ивонн.

– Дело не в деньгах, просто все так… запуталось и переплелось.

– Почему?

– Подожди меня там, и я тебе все объясню.

– В три часа тебя устроит?

– Мне не терпится тебя увидеть.

Трисия по–девчачьи взвизгнула, так что у меня даже зазвенело в ухе.

– Как же я сразу не спросила? Как прошла встреча с Гарреттом Вилсоном?

– Прекрасно. Я победила! Встретимся в три, и я все тебе расскажу.

– Как здорово, что из всего этого кошмара выйдет хоть что–то хорошее. Поздравляю! Я тебя люблю!

– И я тебя тоже.

Я нажала на кнопку и улыбнулась: кажется, Кэссиди и Трисия сильнее радуются моему успеху, чем я сама. Впрочем, это не так. Просто у них есть возможность сидеть в своих офисах и пищать от восторга, а у меня нет.

Особенно когда возле моего стола вдруг замаячила Гретхен.

– Эй, Гретхен, привет.

– Извини, Молли, я случайно услышала, как вы с Ивонн говорили о похоронах Тедди. Когда они будут?

– Траурная церемония в субботу в одиннадцать, а сразу после нее – прием. Мы потом сделаем объявление.

– Осталось совсем немного времени.

– Так захотела Хелен, а Трисия очень здорово умеет все устраивать в кратчайшие сроки.

– Нет, я имела в виду, мало времени, чтобы нам подготовиться.

– Нам? – опасливо спросила я, представив, как мы с Гретхен исполняем танцевальный номер в память о Тедди в главном алтаре церкви.

Гретхен показала на роящихся в загончике сотрудников, но это мало что прояснило. Мое замешательство заставило ее объяснить:

– Не знаю, что надеть, – трагически прошептала она.

Я была растрогана – в беспокойстве Гретхен не было самолюбования, а только желание выглядеть соответствующим образом.

– Не зря же говорят, что маленькое черное платье – основа женского гардероба, – посоветовала я.

– Но у меня нет маленького черного платья, – продолжала исповедоваться Гретхен. – Ты же знаешь, черный цвет так давно не был в моде, в прошлом сезоне роль черного играл серый, а в позапрошлом – серо–коричневый. Короче говоря, у меня нет черного платья.

– Сегодня еще только среда. У тебя куча времени. Поговори с Кейтлин, пусть она тебе что–нибудь посоветует. – Надо сказать, что Кейтлин, наш редактор отдела моды, уже лет двадцать как не одевала никого крупнее второго размера, но она могла дать Гретхен дельный совет.

Гретхен кивнула, но не двинулась с места.