Триш очень редко упоминала о своей прошлой жизни, но однажды сказала, что ее бабушка была очаровательной квартеронкой, а мама – окторонкой. Отец Триш, плантатор, очень любил свою рабыню, но не мог на ней жениться. Девочка жила с матерью в небольшом доме в Новом Орлеане, пока ей не исполнилось десять. После смерти матери отец перевел ее на работу в усадьбу, на кухню. Когда он ушел на войну, его жена, на которой он женился ради денег, продала Триш.

– Плохие дела творятся. Хуже, чем вы думаете. – Озабоченное лицо Триш обрамляли длинные волнистые волосы. – Есть такие изысканные джентльмены, которые ведут себя хуже свиней во время случки – крадут женщин и детей, чтобы забавляться с ними. Некоторые связывают голых женщин и секут их по задницам ивовыми прутьями и делают гадости с маленькими мальчиками вроде Диллона и Колина и маленькими девочками, такими как Джейн Энн.

– Триш! – Потрясенная, Эдди запнулась. – Я не могу поверить…

– Вы лучше послушайте меня. Именно для этого старик Реншоу хочет забрать Колина.

– Но… как?

– Он принудит Колина… играть с его… штукой! Реншоу уже заставлял касаться его.

– О Господи, Господи! – Эдди опустилась в кресло и посмотрела на Триш. – Они делают это? Я никогда не думала…

– Конечно, вы этого не знали. – Триш собиралась изложить подробные детали, но внезапно замолчала и повернула голову к двери. – Шш… – Затем стремительно, как кошка, прыгнула к столу и задула лампу. – Кто-то идет.

– Я пойду посмотрю. – Эдди слышала, как Триш закрыла дверь в кухню и задвинула засов. Мысленно поблагодарила Бога за то, что он одарил девушку тонким слухом, поскольку сама она ничего не услышала.

Эдди схватила ружье. Через щелку в плотно закрытой двери она слышала мужские голоса и видела темные очертания двух всадников, подъезжающих по дорожке. Глубокий песок приглушал звук копыт. Всадники подъехали к крыльцу, помяв при этом любимые клумбы Эдди. Преисполненная яростью, она заперла дверь.

– Говорю тебе, я видел свет. – Хриплый голос, достигший уха Эдди, принадлежал одному из мужчин, пристававших к ним в городе.

– Если они думают, что эта дверца оставит нас снаружи, то ставят не на ту карту. Ха-ха! – Голос звенел от возбуждения.

– Можешь взять себе негритяночку. Я собираюсь пройтись с этой задавакой, задирающей нос.

– Она назвала тебя конским говном. Ха-ха-ха! – Человек с силой ударил в дверь, и та затряслась.

– Грязные пьяницы! – прошептала Эдди. На шум прибежал Колин:

– Миссис Эдди, что это?

– Какие-то проспиртованные свиньи, Колин. Они скоро уйдут.

– Бога… тая ле… ди. Открой дверь. У тебя будет об… щество! – Бух! Бух! – Мы с тобой славно проведем время.

– Давай, женщина, открывай.

– Лучше уходите, пока не накликали на себя серьезную беду. Найдите себе развлечение в городе! – громко крикнула Эдди через закрытую дверь.

– Мы проделали длинный путь и собираемся остаться до утра.

– Вы теряете время. Возвращайтесь в город или откуда вы там прибыли. – Эдди готова была стрелять, чтобы защитить дом и семью.

– Открой дверь! Черт побери! Я не собираюсь повторять дважды! – В голосе теперь была ярость. – Ты приводила парней к той черной девке за бумажки мятежников.