— Стропилле? Интересное дело… Ну и что дальше?

— А дальше ничего, — ответил Батон и сжал зубы.

Он понимал, что если Арбуз узнает, что именно они же и подложили винчестер в машину Романа, тут же им всем и конец.

Арбуз может убить их всех прямо тут.

С него станется.

Щербатый с Глюком тоже понимали это, поэтому благоразумно молчали, предоставив Батону вытаскивать их из беды.

— Получили от него десятку и отвалили.

— Десятку чего? — спросил Арбуз.

— Десятку долларов, — неохотно ответил Батон.

— Десять тысяч долларов? — удивился Арбуз. — Неплохо, неплохо! Шестерка берет с заказчика за ограбление десять тысяч долларов… Ну а мне-то, мне — бедному криминальному авторитету, который пролетел в этом деле, как фанера над Магаданом, вы что-нибудь оставили? Ну хоть долларов пятьдесят? А?

Батон снова сжался и уставился в пол.

— Не оставили… — горестно вздохнул Арбуз. — Айяй-яй!

— Так это, — пробубнил Батон, — деньги в целости, может…

— Может, отдать их мне? — перебил его Арбуз. — То есть деньги за ограбление моего друга принести мне. Прекрасно! Отлично! Неси, но только знай, что ты их сожрешь, падла вонючая.

Арбуз взял пистолет и, повертев им в воздухе, сказал:

— Валите отсюда! И ждите моего решения. Я еще не знаю, что с вами делать. И, между прочим, имейте в виду, что все вышесказанное относится к каждому из вас. Быстро вон!

Братки исчезли из кабинета со скоростью падающего в колодец ведра, и Арбуз удивленно поднял брови.

— Да, — сказал он, — ноги они быстро делают…

Убрав пистолет в сейф, Арбуз снова сел в кресло и, нажав на кнопку селектора, устало произнес:

— Танечка, еще кофе. И коньяку. Да, и еще — Тюря там далеко?

— Нет, Михаил Александрович, он внизу, в магазине, с ребятами треплется.

— Давай его сюда. Но сначала — кофе и коньяк.

Когда Тюря вошел в кабинет Арбуза, он увидел босса в явно расстроенных чувствах. Перед Арбузом стояла бутылка коньяка, а рядом с ней — две рюмочки, одна из которых была пуста.

— Присаживайся, Володя, — гостеприимно повел рукой Арбуз. — Выпьешь со мной?

— Ну, это… — Тюря смущенно улыбнулся. — С вами — отчего ж не выпить-то.

— Вот и я говорю, — кивнул Арбуз, — давай наливай себе сам.

Тюря осторожно уселся на стул напротив Арбуза, налил себе коньячку и, подняв рюмку, сказал:

— Вы извините, Михаил Александрович, но… Может, проблемы какие? А то у вас вид такой… Расстроенный.

— Все ты видишь, — усмехнулся Арбуз, — ничего от тебя не скрыть. Даже страшно. Ну, будь здоров!

Арбуз выпил коньяк, и Тюря последовал его примеру.

— Ты лимончик возьми, — посоветовал Арбуз и сам взял с блюдечка тонкий ломтик лимона, — с коньяком в самый раз.

Тюря закинул в рот прозрачный желтый кружочек, а Арбуз закурил и сказал:

— Прав ты, Володя, есть проблема. Эти трое уродов…

— Батоновские братки? — уточнил Тюря.

— Они самые. Ты ведь знаешь, что Роман Меньшиков мой друг?

— Ну как же! — Тюря улыбнулся и развел руками.

— Вот… А эти пидоры безголовые приняли от одного человечка заказ и ограбили его студию. Украли компьютер с его последним альбомом.