До угла квартала оставалось метров десять.

— Эй! А ну, иди–ка сюда!

Этот окрик не относился к Андрею. Один из полицейских, увидев на другой стороне улицы знакомую женщину, окликнул ее. Но напряженные нервы Андрея не выдержали: не оглядываясь, он рванулся вперед и побежал.

Почему побежал человек, который только что шел спокойно? Ведь это тот, у которого минуту назад проверяли документы. Почему он стремительно завернул за угол? Чего он испугался? Крепыш сорвал с плеча карабин.

— Стой! Стой!

Полицейские бросились вдогонку.

Услышав крики и топот ног, Андрей с разбегу отчаянным прыжком перемахнул через изгородь и, пригнувшись, побежал наискось по саду. Сад вдруг кончился, впереди еще одна изгородь. Андрей снова прыгнул, но тут кто–то с силой дернул его за левую ногу, и он с размаху грохнулся на землю. Он упал между двумя лежавшими рядом большими желтыми тыквами, с гладкой скользкой кожурой. Рот забило мягкой землей, тыквы мешали повернуться на спину, кто–то тянул левую ногу вверх. Он все же вывернулся и увидел, что зацепился штаниной за кусок колючей проволоки.

Дорогие секунды были потеряны. Тревожные, злобные голоса полицаев раздавались где–то совсем близко. Андрей отцепил проволоку и притаился. Он понимал, что пытаться бежать уже не имеет смысла.

Полицаи нашли его. Запыхавшиеся, с красными потными лицами, они подходили к Андрею с трех сторон, наставив на него дула карабинов. Андрей поднял голову и увидел крепыша. Полицейский сжимал в зубах забытую потухшую папиросу. Он вынул ее изо рта, перевел дух и, возбужденно блестя карими глазами, сказал почти ласково:

— Вставай, дружок! Зачем бегать? От нас ведь не убежишь…

Андрей поднялся и начал отряхивать пыль со своей одежды. Он догадался о своем глупейшем промахе. Теперь так же, как и несколько минут назад, все зависело от того, что будет делать полицай со своей папиросой. Предложить ему новую?

— Руки за спину! — крикнул крепыш, заметив, что Андрей хочет сунуть руку в карман.

Тут и произошло то, чего так опасался Андрей. Крепыш прикурил от огонька зажигалки, потянул раза два, грязно выругался, разорвал мундштук и увидел ватку. Он был из догадливых. Впрочем, при иных обстоятельствах и этот дошлый полицай, безусловно, не обратил бы серьезного внимания на комочек ватки. Но сейчас он придавал значение каждой мелочи.

— Что тут у тебя?.. Не бомба случайно запрятана?

Полицейский усмехнулся и толстыми грязными ногтями развернул ватку. Увидев туго скатанную в крохотный валик бумагу, полицай побледнел и уже совершенно по–новому, со страхом и злорадством взглянул на Андрея.

— Хлопцы, вяжите ему руки! Кажись, в наши сети попало что–то крупное…

«Брешешь не очень крупное… — с тоской думал Андрей, когда ему вязали ремнем руки за спиной. — К вам попал всего лишь глупый карась. Ваше дело — можете его живьем на сковородке поджарить, но он будет один, только один…»

…Через несколько минут после начала допроса Оксана уже хорошо представляла себе все, что случилось с Андреем. Он спокойно, без запинки отвечал на все вопросы. Собственно, эти вопросы и успокоили его: они подтверждали, что Оксана попала в компанию следователей случайно, и ей пока ничто не угрожает.

Андрей правильно назвал свое имя, отчество и фамилию — Андрей Васильевич Савченко. Он не пытался что–либо утаивать из своих анкетных данных: адрес — улица Цветочная, 34, должность и место работы — ночной сторож на угольном складе железнодорожной станции Полянск, в начале войны был мобилизован в армию, попал на фронт, но в боях не участвовал, так как получил саморанение — не умел обращаться с гранатой…

Тут вмешался полицай.