Что дальше? Никаких сложностей для человека, умеющего отводить глаза наблюдателям. Сесть на любой корабль, идущий во Францию, там поездами или автобусами добраться до Германии, затем перебраться через границу в Польшу. Если все пройдет гладко, дней через пятнадцать буду в Москве, аккурат к официальному распаду СССР попаду. У магглов черт знает что творится, надо сразу в магическом мире устраиваться, благо, денег на первое время скоплено. Прикинусь магглорожденным сиротой-беспризорником, засвечусь карманной кражей перед тамошними жандармами, вот и готова легенда. Или что-то иное придумаю, посмотрю по обстоятельствам.

Прорвусь. Хрен меня кто остановит.

Омак к "Старшему брату". Гарри Поттер

Не пойму, почему, но Дамблдор меня постоянно в чем-то подозревает. Сейчас, например, подозревает в авторстве «Отваги и слабоумия», смотрит нехорошо, вопросы задает с подвохом. А ведь хорошая книжка получилась – сорок кратких биографий гриффиндорцев, закончивших жизнь наиболее странными способами с описанием этих самых способов… Роду Уизли целая глава посвящена.

Ничего не докажет, я на конспирации собаку съел.

- Здравствуйте, ученики, - не стоит отвлекаться, все-таки первый урок у детишек. – Меня зовут Хальвдан Снейп, обращаться ко мне следует «профессор Снейп», я преподаю традиции магического мира и обществоведение. Занятия проходят два раза в неделю и обязательны для посещения всеми магглорожденными учениками, остальные могут записаться на лекции по желанию. Говорить мы будем о том, чем общество магов отличается от общества неодаренных людей и в чем причины этого отличия.

Ну, а для начала давайте познакомимся. Каждый по очереди встает, называет свое имя, Дом и говорит, примерно когда у него начались магические выбросы. Точность не нужна, достаточно указать количество лет. Итак?

- Э, Берни Саммерс, факультет Равенкло, - с первой парты поднялся щуплый парнишка. – Первый выброс был на моё день рождения два года назад.

- Хорошо. Вы, мистер…?

- Джастин Финч-Флетчли, профессор. Хаффлпафф, три с половиной года.

Пока детишки знакомились и попутно сообщали мне полезную информацию о себе (ведь чем раньше начинаются выбросы, тем сильнее, как правило, вырастает волшебник) я вспоминал, как докатился до жизни такой.

Во всем виноват Малфой. В данном случае речь идет не о Люциусе, а о его отце, Абраксасе, прекрасно себя чувствовавшем и уверенно подбиравшемся к вожделенному креслу Министра магии. Партия консерваторов под его руководством неуклонно теснила соперников как в Визенгамоте, так и в чиновничьих кулуарах, уверенно расставляя своих людей на ключевые посты. Прогрессисты и магглолюбцы сопротивляются, но как-то вяло, без огонька.

Лорд Малфой прекрасно понимает, что где-то надо действовать кнутом, а где-то лучше поманить пряником. Во всяком случае, его взаимодействие с Хогвартсом протекает в рамках именно данной концепции. С одной стороны, попечительский совет увеличил финансирование и провел за свой счет дорогой ремонт старого замка, с другой – директору пришлось согласиться на серьёзную корректировку учебной программы. Министерство организовало подготовительные курсы для магглорожденных и их родителей, там активно участвуют хогвартские профессора, Биннсу придали заместителя (средневековый магический контракт не позволяет уволить или изгнать полоумного призрака), ввели новый предмет, «Традиции магического мира», и целую кучу факультативов с приходящими учителями.