— Куда он делся? — с удивлением спросила Бриттани.

— Скорее всего, решил провести ночь в конюшне с Кассо и лошадьми, чтобы мы в нашу первую брачную ночь могли остаться наедине. Только ты и я.

Наедине…

— Как это мило с его стороны, — с трудом выговорила Бриттани.

Люций лукаво посмотрел на нее. Бриттани замерла в смущении.

— Не бойтесь, принцесса. Я не кусаюсь. Обычно, — добавил он с улыбкой.

«Он просто дразнит меня. Пытается… запугать. Или, — подумала Бриттани, внезапно разгадав правду, — пытается помочь мне расслабиться».

В крошечной кладовке Люций нашел соломенный тюфяк и положил его на пол перед камином, а сверху бросил овечьи шкуры, которые достал из украшенного резьбой деревянного сундука. Получилось нечто вроде мягкого и уютного гнезда. Бриттани медленно подошла и села на эту импровизированную постель.

Сегодня они будут здесь спать. Вместе, как муж и жена. Принцесса очень надеялась, что он снова ее поцелует. И сделает что-то еще. Но что именно?

Бриттани почувствовала, как в душе одновременно со странной готовностью начинает просыпаться страх. Затаив дыхание, девушка смотрела на принца. К страху примешивалось любопытство, но когда он подошел и сел рядом, она почувствовала, как подпрыгнуло сердце.

— Ты боишься?

Принц видел, как дрожат ее губы.

— Нет, не боюсь.

Он насмешливо вскинул брови и наклонился к самому ее лицу.

— Ты выглядишь испуганной.

— Нет.

Она упрямо вскинула подбородок, и Люций едва не утонул в этих огромных, пылающих золотисто-зеленых глазах.

— В такой момент, принцесса Бритта, каждая женщина боится. И вам нечего стыдиться.

— А я и не стыжусь. Я не боюсь, — она не могла решить, стоит ли продолжать этот разговор. — Не думаю, что тебе удалось бы меня напугать, даже если бы ты этого захотел.

— Ты в этом уверена? — в глубине его серых глаз плескались насмешка и недоверие. — Интересно, почему же?

— Потому что я чувствую в тебе доброту, — Бриттани не смогла удержаться от улыбки, произнося эти слова. — Я уже говорила это тебе вчера вечером. Ты пытаешься спрятать свою доброту, но я все равно ее вижу.

Принц смотрел на девушку, лишившись от удивления дара речи. А потом, подчиняясь внезапному импульсу, Бриттани сделала то, чему потом так и не смогла найти разумного объяснения: она накрыла его ладонь своей маленькой ладошкой. И дрожащее ласковое тепло соединило их. Кожа Люция горела. Ее прикосновение, этот безыскусный жест доверия, искренность и невинная свежесть, которой светилось ее прекрасное лицо, заставили его кровь вскипеть. А в душе принца яростно боролись два абсолютно противоположных чувства.

«Она думает, что он герой, ^герой! Она думает, что на него можно положиться, что ему можно доверять. Ему, который сам давно уже никому не верит и ни на кого не рассчитывает!» Принц был бы рад посмеяться над абсурдностью этой ситуации, но смех замер у него в горле. Ему безумно хотелось ударить кого-нибудь, выместить на ком-то свою злость, но здесь была только эта прекрасная, храбрая девушка, которая хочет победить злого колдуна и освободить свое королевство.

Люцию с трудом удалось справиться с наплывом эмоций. Ярость обожгла его, как удар хлыста.

— Ты думаешь, что все обо мне знаешь? — прорычал он и так резко схватил девушку за плечи, что та вздрогнула от неожиданности. Она попыталась отстраниться, но принц притянул ее ближе и прижал к груди. — Но ты ничего не знаешь, принцесса! Тебе это понятно? Ничего.