Принц поднес кубок к губам, но Бриттани поймала его за руку и не дала ему сделать глоток.

— Что бы ты об этом ни думал, я скажу тебе, Люций из рода Марриков: ты хороший человек и достойный принц, — сердито возразила девушка. — Тебе было всего семнадцать, когда ты совершил ошибку. Если такой поступок вообще можно назвать ошибкой. А я вот, например, думаю, что с твоей стороны было очень благородно броситься на помощь женщине, попавшей в беду.

Люций раздраженно фыркнул и собрался было возразить, но Бриттани не оставила ему шанса.

— И теперь ты снова пожалел женщину. Ты не такой уж закоренелый негодяй и эгоист, каким хочешь казаться.

— Спаси меня, Боже, от глупых женщин, которые видят мир таким, каким хотят его видеть! — принц раздраженно сбросил ее ладошку и со стуком поставил кубок на стол. Потом резко схватил ее за руки.

— Я уже говорил тебе — я не герой. Я не благородный рыцарь и не готов пожертвовать своей жизнью ради прекрасной дамы, — его глаза потемнели и стали злыми, почти жестокими. Принц крепче сжал пальцы на запястьях девушки и сердито встряхнул ее. — Я помогу тебе, но знаешь, почему я это сделаю? Потому что ты — последнее, что меня связывает с родом Марриков, ты — мое последнее обязательство. Когда все это закончится, я буду свободен. Все эти годы я думал, что ты мертва, и эта дурацкая клятва, которую меня заставили дать в детстве, больше меня не связывает. Но ты появилась — и теперь я связан с тобой. Что ж, да будет так! Я сдержу клятву, чтобы можно было покончить с прошлым раз и навсегда.

Принц замолчал, увидев в глазах девушки боль. Про себя он проклинал свою несдержанность и длинный язык.

— Не обращай внимания, — смущенно пробормотал он, разжимая пальцы. — Я не хотел тебя обидеть. Теперь, когда мы увязли в этом деле, я понимаю, что все не так уж плохо. Все равно мне нечего было делать…

— Пожалуйста, отпусти меня! — приказала Бриттани, глубоко уязвленная его пренебрежительным к себе отношением. Она попыталась вырваться, но он держал ее слишком крепко.

Однако Бриттани было больно не поэтому — ее ранили его слова. Она снова и снова повторяла их про себя, и они обжигали ее душу.

«Ты — мое последнее обязательство!»

«Конечно, я бы тоже так думала на его месте, — сердито доказывала себе Бриттани. — Он не просил этой войны. Или этой свадьбы. Я для него — обуза. Досадная обуза, и ничего более».

Бриттани злилась на собственную глупость. Как она могла думать, надеяться, что между ними возникнет чувство? И когда она вообще решила, что такое возможно? Когда они поклялись друг другу в верности и он ее поцеловал? Или когда во время поцелуя у нее закружилась голова?

Бриттани стало грустно. Принц был прав — она всего лишь дурочка, живущая в мечтах.

— Отпусти меня, — снова приказала девушка сквозь стиснутые зубы.

Лицо принца потемнело, но вместо того чтобы подчиниться, он притянул ее к себе. Так близко, что Бриттани чувствовала, как бьется его сердце. Так близко, что она чувствовала его дыхание на своих ресницах.

— Думаю, теперь ты понимаешь, почему тебе следует бояться. Я могу причинить тебе боль. И я уже сделал это.

— Не говори глупостей! Как будто я не знала, что мы заключаем брак только из чувства долга и потому, что этого требует ситуация, а не по любви…

— По любви? — на лице принца промелькнуло удивление, но потом он рассмеялся. — Принцесса, любовь, мир — это просто слова, которые ничего не значат.

— А ты когда-нибудь любил кого-нибудь? Наступила тишина.