– Когда Кит последний раз бранил тебя?

– Вчера утром, по поводу Райтмана. Он такой скучный, но Кит хочет, чтобы я учила его. «Эти занятия приносят неоценимую пользу вам обоим», – она передразнила назидательный тон Кита. – Это, конечно, шутка, но мое мнение не важно, я должна делать только то, что мне говорят. Иначе меня посадят в клетку с водой и крысами.

Филипп откинул голову и захохотал, прямо как Кит. Розалинда отпрянула от него и отвернулась со словами:

– Мне не нравится подобный ответ.

– Извини, моя розочка, я не хотел обидеть тебя. Неужели Райтман ничего не запоминает?

– Нет, запоминает, – Розалинда сжала пальцы. – Но мне приходится вбивать это в него. Так можно и бревно обучить.

Филипп опять рассмеялся, а Розалинда, обидевшись, отвернулась, глядя на берег. Ей почудилось движение за дальними деревьями – может быть, возвращаются охотники.

– Я никогда не любила учить других, я слишком нетерпелива. Я люблю числа, но для большинства они загадка, а люди боятся того, чего не понимают.

– Тут ты права. Люди боятся Короля Нищих, потому что он таинственен.

– И любят его, – добавила она, не отрывая взгляда от берега.

– Те, у кого чистая совесть, любят его. Те, за кем числятся грязные дела, боятся его, ибо он борется за права слабых против обижающих их сильных.

– И я хотела бы бороться за это.

– А ты уже причастна к борьбе, – Филипп облокотился на поручень рядом с нею. – Ты же обучаешь Райтмана.

– Я об этом даже не задумывалась. Вы хотите сказать, что так с моей помощью у него будет хорошая профессия? – Розалинда даже раскраснелась.

– Не расстраивайся, подружка. – Филипп взял ее ладошку в свою огромную ручищу, согревая ее. – Мы познаем себя и других, в этом состоит наш жизненный опыт. Но я скажу тебе, что Райтман совершенно преобразился с тех пор, как стал заниматься с тобой. Целыми днями он учит числа.

Розалинда опустила голову, смущенная этим откровением.

– Ты ведь не знала об этом, да? – улыбнулся Филипп. – И не замечала, как он старается заслужить твою похвалу, которая для него теперь важнее похвалы Кита. А это немало. Райтман неглуп и счастлив, что ты занимаешься с ним. Да и Кит не сомневается в твоем таланте.

– Ничего такого у меня нет, – резко ответила Розалинда.

– Разве?

– В любом случае я устала от переживаний.

– Они скоро кончатся.

– Но мне придется стать женой Кристофера, и тогда мне не удастся… Я бы отказала ему…

– Ты уже обещала ему, – перебил ее Филипп. – Я знаю. Он сказал мне. Но подумай, милая, что у тебя есть без него?

– Независимость.

– Этого у тебя не отнимешь. А что у тебя здесь, в сердце?

Розалинда нахмурилась, пытаясь понять. Все было так просто и ясно, когда она говорила с Филиппом, но один на один с Китом способность здраво рассуждать, казалось, покидала ее.

Раздался радостный крик дозорного: вернулись охотники. Те, что помоложе, прыгали и дурачились. Двое мужчин несли свежего оленя. Оленина на ужин! У Розалинды даже колени задрожали при мысли о сытном ужине. Мясо было восхитительно вкусным. Наконец-то нашлась работа для кока, и моряки впервые за несколько дней наслаждались обильной едой. Потом они целый день отдыхали на палубе, некоторые даже спали.

Близился вечер, и Розалинда, насытившись двумя огромными кусками мяса, сидела на шканцах. Хотя вина не было и все залили жажду водой, однако настроение было отличное. Она впервые заметила, что не было никакой враждебности.