— Не извиню. Не люблю, когда меня недооценивают.

— Я говорил, что в тебе с годами проступает все сильнее твой отец?

— Говорил. Ты мне об этом уже пару сотен лет говоришь.

— Видишь, какой я последовательный и заботливый? Цени. Впрочем, напоминать о таком не вредно. Просто чтобы ты не потеряла здравомыслие. Так вот. Он нашел хорошее решение...

— Серьезно? — перебила его она. — А мне показалось, что он ляпнул, не подумав. Просто хорохорясь и пытаясь хоть как-то компенсировать свой страх. Он не понимал, что говорит.

— А я тебе говорил, что он вообще мало в чем разбирается? Просто идет и делает. И у него получается. Так и тут. Ведь это действительно решение. Если ты даешь ему поцелуй...

— Я не хочу этого делать. — холодно процедила она, перебивая.

— И почему же, позволь узнать?

— Он Адамово семя!

— Ах да. Действительно. Все время забываю, что ты мелочная стерва, которая вот-вот захлебнется в собственной ненависти. Это так заметно, что даже случайные прохожие из других миров безошибочно определяют. Подруга, с этим нужно что-то делать. Это уже зависимость. Болезнь. Реши свою проблему. Ибо она создает проблемы уже нам. Нашему делу.

— А ты не боишься со мной так разговаривать? — прошипела она, и каждое ее слово буквально сочилось ядом, как хорошая семга жиром.

— Наедине мы можем быть искренними друг с другом. Не так ли? — улыбнулся владыка. — К тому же, я убежден — все это лишь игра. Пустые слова. Доказательством тому является то, что ты его не дожала. Еще бы минута давления и сломала, превратив в тупое и сопливое животное. Но ты не стала этого делать.

— Не стала. Но мучать его мне понравилось. Он неплохо сопротивлялся. Пытать его будет приятно.

— Не сомневаюсь. Но разве оно того стоит?

— Ты думаешь, что аномалия его пропустит, если он станет дэвом?

— Вот и выясним. В крайнем случае город Зара захлестнет волна новых монстров, а мы разведем руками. Дескать, сделали, что смогли.

— И что потом? Даже если он пройдет, ты думаешь маги его не опознают?

— Дэв такого ничтожного уровня силы? — хохотнул владыка. — Я уверен, что они воспримут это изменение в его ауре как побочный эффект прибывания тут.

— И почему же такого эффекта не наблюдалось у остальных? — усмехнулась она. — Все те гости возвращались вполне себе нормальными.

— А они все обладали синим талантом? — продолжал улыбаться владыка.

— После ритуала магам будет заметно вкрапление черного таланта в его ауре. Совсем скрыть печать ведь не получится.

— А ее надо скрывать? Наоборот — пусть будет на виду. Любая попытка скрыть вызовет лишь подозрения.

— Стихии антагонизма взаимно вытесняются. Он синий маг. Здесь красная стихия. Какое к этому всему имеет черная печать?

— Вытесняются или искажаются, — поправил ее владыка. Прецедент Бруа хорошо известен. Цвет его стихии исказился настолько, что он не смог использовать заклинания.

— Исказился. А тут будет чистое черное вкрапление.

— Ой, да что такого? Такого рода реакция всегда непредсказуема и индивидуальна. Почему в его случае она пошла не вот так?

— Сомнительная надежность легенды.

— После ритуала он сможет пользоваться заклинаниями этой стихии. — пожал плечами владыка. — Чем не доказательство? Да и, в конце концов, что они знают о дэвах? Тем более, что абсолютное большинство их красные.

— И красное вкрапление выглядело бы более логично.