— Я отправила свое резюме…

— И что? — Она постоянно рассылала свои резюме.

— В «Кэндллайт».

Я удивилась.

— А зачем?

— Я не знала! — взвыла она. — Понятия не имела, что делаю. Там не было названия издательства, которое дало объявление.

Я вспомнила объявление, по которому получила работу. Тогда ведь я тоже не знала, что отправила резюме в «Кэндллайт». Разумеется, для меня это не имело ровно никакого значения.

— И кто получил твое резюме?

— Кэти Лео! И вместо того чтобы прийти ко мне, она положила мое резюме на стол Мерседес. Предательница!

— Дерьмо.

— Мерседес вызвала Риту и Карен…

— Дерьмо.

— А потом пригласила меня. Они устроили мне засаду.

И я-то думала, что у меня выдался плохой день…

Андреа глубоко-глубоко вдохнула.

— Поначалу я подумала, что меня хотят повысить. А потом она вытащила мое резюме и сопроводительное письмо, и я поняла, зачем они меня позвали. Чтобы сожрать живьем.

Я сочувственно покивала:

— Боже мой!

Андреа подняла голову:

— Все еще хуже, чем «Боже мой», Ребекка. В сопроводительном письме я долго и нудно расписывала, что работаю в одном издательстве целую вечность, а теперь вот ищу работу, которая наконец-то позволит мне проявить себя. И Мерседес зачитала все это вслух.

— Кошмар.

— А самое ужасное, в объявлении компания выглядела золотым дном! Я думала, что посылаю резюме в один из лучших издательских домов, где меня ждут деньги и престиж. — Андреа передернуло. — Кэти Лео пора переквалифицироваться в писательницы. То, что она сочинила для объявления, выдумка чистой воды.

— И что сказала тебе Мерседес?

— Более чем достаточно.

— Она тебя уволила?

— Нет… но ты знаешь Мерседес. Убеждала меня, что я очень ценный сотрудник, а она сама крайне разочарована тем, что я недовольна своей работой, и выразила надежду, что на самом-то деле я увольняться не собиралась.

Я обдумала ее слова.

— Знаешь, Андреа, непохоже, что ты в заднице. Скорее все выглядит так, словно она пыталась… ты понимаешь, подбодрить тебя.

Андреа закатила глаза:

— Что ты несешь? Она знает, что здесь я как муха в паутине. Теперь ей известны мои намерения. За мной будут наблюдать, меня будут мучить, а потом казнят. Если меня будут посылать на конференции, то только в Северную Дакоту. А когда я подумаю, что реабилитировалась, петля затянется. Именно тогда меня и вышибут.

Она видела себя Жаном Вальжаном издательства «Кэндллайт».

— Может, Мерседес говорила правду, — не согласилась я.

— Ой нет. Я обречена. Мне суждено потерять работу, квартиру. Я не только не смогу жить в Куинсе — придется возвращаться в родительский дом. И мне еще повезет, если найду работу на переборке овощей. Я умру старой девой.

— Старых дев больше нет. — Одна из авторш Андреа писала очень популярные дамские вестерны.

— Просто их больше так не называют. — Она стукнула себя в грудь. — Может, я положу начало тенденции. Верну к жизни категорию жалких, потерявших надежду женщин среднего возраста.

Я попыталась представить себе Андреа старой девой нынешнего дня. Зазу Питтс с маленьким ротиком.

— Не хочу тебя разочаровывать, но, по-моему, ты преувеличиваешь.

— Ха!

— Подумай об этом. У Мерседес было твое резюме. Возможно, не один день.