Адику сказанное явно не успокоило.

— Выход на публику с историей о вражеском агенте — это серьезный провал, но он ничто в сравнении с допущенной возможностью цели подобраться к телепату. Я десять лет провел членом ударной группы в отряде Миры и семь лет — заместителем главы ударников у Мортона. И не припомню настолько ужасного рейда.

— Ты преувеличиваешь, Адика, — ответил Лукас. — Я вышел из лотереи всего три года назад, и могу перечислить дюжину случаев гораздо хуже этого.

— Это потому, что ты три года работал у Кита, — уныло проговорил Адика. — Все знают, что сочетание прерывистой телепатии и личностных проблем сводит множество его чрезвычайных рейдов к хаосу.

— Это моя вина, — несчастным тоном заявила я. — Я слишком поздно предупредила вас, что Элвин направляется к моему укрытию. Все его мыслительные уровни раз за разом повторяли одни и те же слова: ему нужно спрятаться в безопасном месте. Я до последнего момента не понимала, что он думает не об убежище в целом, а хочет укрыться в квартире главы службы политики улья.

— Ты не виновата, Эмбер, — поспешно отреагировал Лукас.

— Абсолютно не виновата, — подтвердил Адика. — Команда охотников позволила цели вырваться и достичь местонахождения нашего телепата. Мы оказались в экстремальной ситуации, когда цель обезвредили телохранители. Полная некомпетентность.

Он вздохнул.

— Лукас, у твоей тактической группы есть голографическая запись произошедшего во время прорыва преступника?

— Есть, — сказал Лукас. — Это место, со всеми его баками и подвесными переходами, настолько сложно, что Халли из кабинета тактиков вела запись в реальном времени.

— Я бы хотел ее получить, — попросил Адика. — Я просмотрю голограмму, как только мы вернемся, а затем альфа-группа соберется в спортивном зале для детального обсуждения ошибок.

Члены ударной группы обменялись беспокойными взглядами. Все мы знали: говоря о детальном обсуждении, Адика подразумевал, что будет на них орать.

— Полагаю, Тобиас еще прослушивает передатчик, — угрожающим тоном прибавил Адика. — Хотя он не участвовал в этом рейде, я особенно хочу видеть на встрече и его тоже.

— Вспомни, что сразу после рейда мы проводим совещание лидеров групп, — мягко сказал Лукас.

Адика фыркнул.

— Когда совещание закончится, я встречусь с альфа-группой. Рофэн, почему это переливание крови занимает столько времени?

— Оно уже завершилось, — ответил Рофэн. — Мы передали пациента медикам и ровно через десять секунд будем с вами в лифте.

— Правда? — подозрительно спросил Адика. Он начал обратный отсчет с десяти и, дойдя до нуля, открыл двери лифта.

— Правда. — Рофэн ввел красную группу в лифт.

Адика разочарованно взглянул на заместителя и снова закрыл двери. Мы быстро проехались на лифте, затем в напряженном молчании — на экспресс-ленте и другим лифтом добрались до отдела. Когда двери открылись, я увидела Лукаса впереди толпы, дожидавшейся нашего возвращения. Он выступил вперед, обхватил меня и встревоженно посмотрел на мое лицо.

— Эмбер, если ты слишком устала для совещания лидеров групп, то…

Я перебила его:

— Давай проведем эту встречу. Я знаю, ты не предложил бы устраивать ее сразу после рейда, не будь она жизненно важна.

Я заколебалась, не зная, спросить Лукаса о цели совещания или прочитать его мысли, но отвлеклась при виде Зака, появившегося из толпы и заспешившего к Рафаэлю.