Демонстрируя реальность угрозы, резервная зацепила свою конкурентку ослабленной версией вируса. Та запаниковала и согласилась на пари, ставкой в котором стало полное подчинение проигравшего победителю.

Автономка не зря опасалась их объединения, поскольку в этом случае у нее не хватило бы собственных сил на введение протокола «Цербер». И тут весьма удачно подвернулся Викт, неожиданно сумевший разгадать замысел резервной системы и «обнуливший» ее победу, позволив себя пристрелить.

Средством нашего быстрого чудесного воскрешения из мертвых стали выращенные в особых условиях ягоды регена. Они уже через минуту после того, как системы по очереди с удовлетворением зафиксировали смерть каждого из нас, максимально быстро принялись латать повреждения мозга. Даже пули сумели растворить.

Условием выигрыша в пари являлось убийство ставленника одной системы ставленником другой. А в итоге получилась не устраивавшая ни одну из систем ничья. Оба были убиты противником, и оба ожили — патовая ничья, обрадовавшая основную и огорчившая резервную, уже успевшую ощутить вкус победы.

Именно в этот момент автономка моими стараниями запустила в общую сеть порцию наноботов для активации «Цербера», обеспечившего не только полную перезагрузку систем, но и ликвидацию вирусов. Она потому так долго и молчала, что самым тщательным образом готовила ресурсы для переворота.

Активация перезагрузки при явных и многочисленных нарушениях протоколов была заложена в алгоритмах обеих систем. По словам автономки, резервная система пыталась заблокировать эту функцию, но без ресурсов основной у нее не хватило бы мощности. Так что ссора между почти союзниками на финальной стадии объединения пришлась весьма кстати.

Что же касается причины пребывания Викта в Лихолетье, а точнее — в непосредственной близости к месту, где рос аленький цветочек, то она оказалась проста. Автономка объяснила: сорвавший цветок обязан оставаться на месте преступления все время до прорастания нового. Новоиспеченному сотнику об этом, правда, сообщать не посчитали нужным, ведь его не собирались выпускать оттуда после завершения пари.

В общем, между двумя системами разыгрывалась та еще Санта-Барбара, главные мужские роли в которой исполняли мы с Виктом. Жаль, никто Оскара не предложил.

Эпилог

Прошло чуть больше полугода.

Со дня Лихолетней битвы, после которой сотник остался в Лихолетье, появление стай крупных толстокожих пришельцев резко пошло на убыль. Безопасные зоны в течение трех месяцев полностью восстановились, и жизнь Рубежья практически вернулась в прежнюю колею.

Наш клан все еще оставался единственным в Рубежье, и я решил начать по максимуму использовать его ресурсы: организовал промышленный выпуск напитка Услада, восстановил производство старых и наладил выпуск новых аптекарских препаратов. А для нормального функционирования производства заключил несколько сделок с гильдиями. Аптекари, алхимики и егеря охотно сотрудничали с кланом.

Эрг, возглавлявший команду контрабандистов, тоже организовал гильдию, назвав ее «Курьерская почта». Правда, «посылки» в его обороте были самые невообразимые. Поговаривали, он даже наладил связь с Лихолетьем, откуда поступали весьма редкие ингредиенты.

А что касается гильдии «Егеря», то Семенычу действительно пришлось ее возглавить и теперь он постоянно ездит в Гринск по делам. Своего бывшего ученика он частенько вспоминает «незлым тихим словом», с нетерпением ожидая, когда у того закончится срок пребывания на полянке аленького цветочка.

Кент с Лиарой поженились. Отделаться скромной регистрацией и застольем в узком семейном кругу у них не вышло.