Хочи несла вахту первая, а Ариэль прерывисто спала у огня; с одной стороны ей было жарко, а другой бок замерзал. Ей снились цветы и сад, за которым она ухаживала, когда жила ребенком в доме Нандиты. Она так гордилась этим садом, а когда переехала, стала разводить собственный: у нее росли лилейник, шалфей и герань, посконник и «черноглазая Сьюзен». Теперь они все под снегом погибли.

Ариэль проснулась посреди ночи и обнаружила, что пламя почти догорело. Дежурила Нандита. Ариэль смотрела через щелочки, притворяясь, что спит, а пожилая женщина укладывала в огонь щепки старого кухонного стола. Нандита постояла у костра мгновение, грея руки, и Ариэль испытала безумное, почти непреодолимое желание застрелить женщину прямо сейчас; избавить мир от сетей ее интриг и освободить группу от бесполезного путешествия на остров Плам.

Они никогда не сумеют туда добраться. Убийство Нандиты лишь ускорит неизбежное и даст путникам возможность вовремя бежать с острова и не умереть от холода или ядерного взрыва. Это казалось таким разумным ходом. Ариэль как можно медленнее и тише, чтобы пожилая женщина не заметила, потянулась к пистолету, который находился лишь в нескольких дюймах от ее головы.

Нандита стянула с шеи свой мешочек и уставилась на него в свете огня. Ариэль замерла. Нандита не шевелилась, только смотрела на мешочек, а потом подняла другую руку, открыла его, потянув за завязочки, и достала маленькую стеклянную пробирку. Темно-коричневый активатор чумы внутри поблескивал в свете пламени.

Нандита вытащила резиновую пробку, вылила жидкость в огонь и смотрела, как та с шипением и пузырями испарилась. Ариэль смотрела вместе с ней. Нандита снова закрыла пробирку и убрала ее обратно в мешочек, а Ариэль закрыла глаза и не открывала их до тех пор, пока пожилая женщина не повернулась и подошла обратно к окну, чтобы возобновить свою стражу.

До самого утра Ариэль наблюдала за огнем.

Глава 32

Грин услышал это первым: он замер на полушаге и поднял голову, прислушиваясь. Мгновением позже остановились и остальные Партиалы, которых линк предупредил о возможной опасности. Кира тоже попыталась прислушаться, но, когда солдаты-Партиалы все одновременно упали на землю и взяли свои винтовки на изготовку, поняла, что ее слух не настолько острый. С винтовкой наготове девушка подползла по снегу к Грину.

— В чем дело?

— Ружейная стрельба, — ответил Грин и указал на открытую стоянку, которая находилась чуть дальше по дороге. — Пока было только два выстрела. Судя по звуку — длинноствольное оружие среднего калибра. Снайпер, но он не попал в свою цель.

— Откуда ты все это знаешь?

— При настоящей перестрелке выстрелы не были ли бы одиночными и мы услышали бы стрельбу разных орудий. — Партиал посмотрел на девушку. — И если бы снайпер попал в то, во что задумал, ему вообще не пришлось бы стрелять второй раз.

Они поползли по дороге к источнику звука, и сельская улица вывела их на четырехполосное шоссе, на другой стороне которого стоял большой торговый центр. Ближе всего к группе находился ресторан, на вывеске которого был изображен контур рака. Парковка оказалась почти пустой. «Похоже, в Хиксвилле все предпочли умереть дома», — отметила Кира. За рестораном находился торговый ряд, несколько витрин которого были черными от случившегося десятилетие назад пожара. «Ну ладно, — подумала Кира, — все, кроме грабителей».

— Звук исходил оттуда, — сказал Фалин, указывая мимо торговых рядов на многоэтажный торгово-развлекательный комплекс, путь к которому пролегал через две парковки.

— Это удобное открытое место, — произнесла Кира, — которое легко оборонять.