На последней мысли она лишь поморщилась, ощутив тошноту от осознания, что понятия «мы» и «они» за три дня полностью изменили свое значение.

— Мисс, — сказал первый Партиал, — мы услышали из дома плач ребенка. И пришли убедиться, все ли в порядке.

«Хочешь сказать, вы пришли проверить, не Арвен ли это», — подумала Ариэль. Она посмотрела на Изольду, которая ответила ей взглядом бессильной ярости, а затем коротко и почти незаметно кивнула. Женщины заранее разработали план использовать Хана, чтобы прикрыть Арвен. Хотя Изольда и согласилась на это, она ненавидела замысел от всей души.

— Да, — ответила Ариэль, указывая на спеленатого младенца. — Вы можете помочь? Мы сделали все возможное, но он умирает. — Партиалы посмотрели на Изольду с ребенком, и Ариэль шагнула ближе. — Это РМ, и он убивает малыша. — Она чувствовала, как закипает, и обрушила на Партиалов весь свой гнев, словно из огнемета: — У вас что, нет никаких лекарств? Нам говорили, у Партиалов есть лекарство. Вы можете помочь этому крошке? Или вы здесь лишь для того, чтобы смотреть, как он умирает?

Первый Партиал шагнул в дом и подошел к Изольде, внимательно рассматривая Хана. Изольда тоже вошла в роль, хотя вела себе скорее приниженно, чем злобно. Ариэль изучала второго Партиала, который по-прежнему стоял в дверях, прикрывая своего напарника, как хороший товарищ. Его винтовка не была нацелена куда-либо, но солдат мог в мгновение ока воспользоваться ей. Из собственного опыта все женщины знали, насколько быстрыми были Партиалы.

Далеко не в первый раз Ариэль подумала, что они могли бы выдать Партиалам Нандиту. Пожилая женщина сидела в чулане, загнанная в ловушку, как крыса, если бы Ариэль решила разоблачить ее. Что Партиалы с ней сделают, если найдут ее? Будут пытать? Убьют на месте? Ничего хорошего женщину не ждало, в этом Ариэль была уверена, потому что иначе Нандита не прикладывала бы столько усилий, чтобы остаться необнаруженной.

Ариэль так отчаянно хотела заговорить, что ей пришлось сжать кулаки, чтобы удержаться. Существовали две причины, по которым она заставила себя промолчать: во-первых, в неизбежных расспросах могла раскрыться сущность Арвен или даже уникальная наследственность Хана. Вторая причина, даже более досадная, заключалась в загадочной власти, которую Нандита имела над Партиалами: казалось, она обладала способностью контролировать их. Если выдать ее этим двум солдатам, она получит лишь еще одну пару пешек.

Ариэль знала, что способность контролирования работала благодаря чему-то, что называлось линком: Кира обнаружила основанную на химических реакциях систему связи, которой пользовались Партиалы. Линк напоминал феромоны муравьев: Партиалы могли вдыхать мысли и ощущать эмоции друг друга.

Однако Ариэль никогда не могла уловить ничего подобного. Она глубоко вдохнула, стараясь сделать это не слишком заметно. Ничего. Это заставило ее задаться вопросом, не соврала ли им Нандита — может быть, они все-таки были людьми, а не какой-то альтернативной моделью Партиалов? Нандита врала обо всем остальном, почему они должны поверить ей сейчас?

— Добрый день, — сказал Партиал в дверях. — Я Эрик. Это Чес.

Ариэль яростно уставилась на солдата, пытающегося завязать разговор. Да как он смеет относиться к ним, как к друзьям — как к равным, — когда его народ оккупировал город? Когда он без спроса вторгся в ее дом? Ариэль пожалела, что не можем использовать линк, потому что тогда она бы зарядила в Партиала всей силой своей ярости.

Поддавшись внезапному порыву, неожиданно даже для себя Ариэль медленно и протяжно выдохнула прямо в лицо Эрику. Еще чуть-чуть, и он почувствовал бы дуновение воздуха.