– Ты могла мне верить.

Нефтида порой уходила, встречалась с другими мужчинами, и Сет хоть и бесился, но в глубине души признавал, что она права: за тысячи лет кто угодно устанет друг от друга, так что стоит иногда прерываться, чтобы потом снова смотреть с восхищением.

Но когда Сет узнал, что Нефтида с Осирисом, это было… неприятно. Нефтида родила от Осириса ребёнка, и это было… Сет так и не смог подобрать нужного слова.

Они сошлись с Сехмет. Меж песков пустыни и разливов Нила, в заполненном солнцем Кемете. Оба яростные, неумолимые, способные создать песчаную бурю случайно, такую же пряную от страсти, как они сами.

Сет узнал о планах Осириса, который жаждал для «общего блага» переместить всех людей в царство мёртвых, но не рассказал Сехмет. Создав Оружие Трёх Богов, он хотел убить брата, но не поставил в известность Сехмет. Она ушла. Гордая, обиженная, считающая, что он её использовал.

Тогда вернулась Нефтида. Она не задавала вопросов, не устраивала истерик и не требовала объяснений. Она верила.

Сейчас Сехмет склонила голову набок и коснулась ладонью груди Сета. Её рука была приятно горячей. Даже через ткань рубашки она хоть немного разгоняла холод, и Сет стоял не двигаясь.

– Скажешь, я тебе не нравлюсь? До сих пор. Хоть чуточку.

В её голосе перекатывалось рычание дикого хищника, огромной кошки, которая расслабленно мурчит, изящно выгибается, но оторвёт тебе руку, если потребуется. Когда то именно поэтому Сехмет привлекла Сета. Она была такой же опасной и неудержимой, как он сам.

Её пальцы скользнули между пуговицами, под рубашку, и Сет перехватил её руку, отстранил. Он не знал, насколько далеко Сехмет может зайти, провоцируя, но и выяснять не хотел.

– А что скажет твой нынешний любовник?

Он слышал, сейчас Сехмет с кем то из ацтекского пантеона. Вполне в её духе: те боги всегда готовы к кровавым жертвам и жаждут оторвать кому нибудь голову.

– Он может присоединиться к нам, – промурлыкала Сехмет. В притворном изумлении подняла брови. – Нефтида так против небольшой компании? Мы могли бы и её пригласить.

Сет резко отпустил руку Сехмет. Не из за её слов – она говорила что то ещё, но он уже не слышал. Он чувствовал себя так, будто попал в суховей, но этот вызвал не ветер, а яд. Ползущий внутри, будто змея, заставляющий воздух сгуститься, сердце замедлиться, лечь и умереть прямо здесь. Во рту пересохло, а перед глазами стремительно темнело. Казалось, один свернувшийся внутри холод не давал жару полностью завладеть телом.

Ухватившись за спинку дивана, Сет на ощупь сел, почти упал, даже не ощущая продавленного сиденья. Перед глазами постепенно прояснилось, звон в ушах исчез, вернулась чувствительность, и Сет ощутил под пальцами пыльную шероховатую обивку.

Сехмет сидела напротив. Она молча придвинула к нему стакан с водой, а после второй, с чем то дымчато жемчужным.

– Что это? – спросил Сет и покорно выпил.

– Моя версия зелья. Боги лекари сделали, что смогли, в кратчайший срок, но оптимизаторы они так себе. Их зелье сложное и трудоёмкое. Я обойдусь водой из Стикса и парой ингредиентов из Дуата. Научу оставшихся лекарей.

– Спасибо.

Сехмет сейчас не пыталась ни соблазнять, ни ворошить прошлое. Она едва заметно хмурилась, и Сет вспомнил, что, несмотря на свой взбалмошный характер, Сехмет – защитница богов. Она сделает всё, чтобы помочь им, даже если среди них Сет.

– Ты ведь понимаешь, что в тебе слишком много яда? – спросила Сехмет. – Ты жив из за силы Осириса, а не благодаря зелью.

– Да.

– Зелье отлично поможет Зевсу, тем более оружие у меня, никто им больше не воспользуется. Но ты совсем другое дело. Даже с зельем яд будет продолжать действовать, хотя и не убьёт.