— Теперь командую я! — произнес Гавилан Камачо.

— Осторожней, дружище! — приговаривал Ковбой Пейсон, когда Бунтаро вытаскивал его из разбитой «Осы». — Похоже, у меня сломана нога.

Капитан «Призраков» отволок наемника от машины и прислонил к какой-то чудом уцелевшей стене. Оба боевых робота валялись на улице, обняв друг друга, и теперь представляли собой всего лишь чудовищную груду искореженного металла. Ясно, что сражение для них закончилось.

Ковбой с трудом стянул сапог и попытался поудобнее устроить поврежденную ногу. Судя по смертельно бледному лицу и обильному поту, выступившему на лбу Пейсона, можно было догадаться, что боль он терпит адскую.

Он посмотрел на Мейни, который, казалось, совершенно не пострадал во время схватки, если не считать огромного синяка под единственным глазом.

— Вот уж не думал, что придется сражаться с тобой, — сказал наемник. Мейни расхохотался:

— Если бы я относился к регулярным силам Дракона, то по законам чести был бы обязан прикончить тебя независимо от наших отношений. Тебе повезло, я всего лишь бесчестный якудза. — Он тяжело опустился на землю. — И знаешь, скажу тебе честно, я чувствую, что достаточно потрудился сегодня.

Ковбой изумленно уставился на искореженную груду железа, с трудом узнавая в ней когда-то красивый музыкальный ящик.

— Скажи-ка, ты хоть знаешь, где мы находимся? Мейни отрицательно покачал головой.

— Так вот, сынок, мы провалились сквозь крышу нашего старого доброго «Законного отдыха».

Мейни рассматривал предмет, вытащенный им из груды железа, — маленькую голубую фигурку Кришны, играющего на флейте.

— М-да, вот и провалились, — задумчиво проговорил Мейни.

— А ты хоть понимаешь, что это значит? Одноглазый якудза кивнул.

— Это означает, — бодрым тоном произнес он, — что здесь мы найдем выпивку.

XXXVIII

Масамори, Хашиман

Район Галедона, Империя Драконис

2 ноября 3056 г.

Двое десантников Службы национальной безопасности застыли по сторонам главного входа в отель, где находился Координатор. Как обычно, вооружение охранников составляли мечи с прямыми лезвиями, висящие за спиной, и автоматы 42-го калибра, вскинутые на изготовку. В маленьком кафе напротив отеля спряталась Кэсси с тремя товарищами. Лица они завязали черными тряпками.

Несмотря на сверхчувствительные сенсорные устройства, встроенные в черные костюмы, одоновцы смогли бы обнаружить эту четверку только в том случае, если бы внимательно вгляделись в здание кафе. Кэсси лихорадочно надеялась, что у них нет на это никаких причин.

Кроме того, вокруг происходила масса событий, отвлекающих внимание солдат ОДОНа.

Шум битвы постепенно затихал, превращаясь в монотонный рокот, который слышался где-то за спиной Кэсси и ее команды. «Кабальерос» отступали на фабричную территорию. Все шло согласно плану — «Призракам» нанесен серьезный урон. Едва успев взглянуть на поле боя, Кэсси поняла, что у противника потерь гораздо больше, чем у Семнадцатого полка.

Одно это в недавнем фантастическом сражении уже было победой. Но победой временной.

Душу девушки отягощало осознание того, что ее товарищи, водители роботов Семнадцатого полка, не смогут выиграть эту битву без нее. Только она могла принести им победу; если Кэсси потерпит поражение, то Семнадцатому полку суждено погибнуть, и не важно, что они отчаянно сражались против бывших друзей из Девятого полка «Призраков».